А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Значит, сам повелитель скверны д'Авадон приказал закрыть эти рудники? — выл он. — Как же это дьявольски близоруко!
Голова главного менеджера возбужденно загудела, когда он снова зашагал вперед. Если он, Асаддам, мог видеть дальше решений, принятых самим повелителем скверны, тогда почему он не должен был быть повышен до этого положения? Всему Уадду от этого была бы только польза. О да, его диапазон простирался далеко за пределы должности главного менеджера. Истинная правда. Если только он аккуратно все спланирует, то лишь страхосфера будет ему пределом. Сделать Мортрополис самодостаточным — и можно будет начать предпринимать набеги на территорию д'Авадона.
В это мгновение походка Асаддама внезапно приобрела определенную важность, когда он увидел себя обитателем недавно отстроенного Главного дворца, а не той жуткой розовой хибары на берегах Стикса. Пусть она останется д'Авадону…
Впрочем, на данный момент следовало заняться заботами более приземленными и непосредственными. И Асаддам повел толпу перепуганных бывших чиновников в небольшой подъем, а затем немного под гору.
«Такие дела!» — подумал он, внезапно уставившись на давно заброшенный вход в рудники.
— Добро пожаловать на новое место работы! — объявил он и с длинным издевательским поклоном обвел лапой окрестности.
Бывшие чиновники в ужасе уставились на рыгающий дымом вход в рудник и на узенькие параллельные рельсы, исчезающие в его угольно-черной глотке. Повсюду лежали проржавевшие остатки древних на вид вагонеток, гротескно смятые и перекореженные. Струи сернистого воздуха вились из дыры, явно обладая губительной для любых легких токсичностью. Потеки кроваво-красной лавы болезненно пульсировали в трещинах, подобно крови из ран убитого в сражении боевого носорога.
Со вспышкой прозрения бывшие чиновники вдруг поняли, что их новая работа должна будет стать чуть более требовательной, чем, скажем, царапанье лавиковой ручкой по пергаменту.
А Асаддам радостно расхохотался.
Согласно солнечным часам в Гад-парке, было уже шестьдесят три угловых градуса после рассвета — то есть в это самое время главные муниципальные пророки как раз рассаживались в своих креслах, приступая к очередному рабочему дню. По-разному кряхтя и скрипя в зависимости от состояния дряхлости, пятеро самых древних пророков устроились за просторным, причудливо вырезанным мраморным столом и начали разогревать свои предсказательные кости. Некоторые просто трясли покрытые странными рунами кубики из бедренной кости ламы, другие складывали их в чашечках артритных ладоней и жарко на них дышали. Один лишь капитан Мабыть задрал свою тогу и надежно засунул три кубика между старческих ягодиц.
Он верил в то, что если ты не способен дать будущему почувствовать вкус того, что вот-вот может полететь тебе навстречу, то жизнь просто несправедлива. Следовало также заметить, что капитан Мабыть, несмотря на почти девять десятков лет своего пребывания самым главным муниципальным пророком (или, точнее, благодаря этим самым девяти десяткам лет), повидал все виды предсказаний, какие только бывают под солнцем, и теперь сделался чем-то вроде пессимиста. Ходили слухи, что в тот день, когда капитан Мабыть сделает определенно оптимистичное предсказание, катастрофа поразит Аксолотль. Насколько эти слухи были правдивы, никто понятия не имел. Мабыть никогда не выдавал чего-то настолько оптимистичного, чтобы на этот счет следовало тревожиться. Максимумом того, что он выдавал, обычно оказывалось фактически точное.
— Итак, Пофик, давайте приступим, — раздраженно прохрипел капитан Мабыть и продолжил увлеченно подсасывать свою вставную челюсть. — Самое время выяснить, что судьба припасла для нашего дорогого города.
Относительно оживленный Пофик со скрипом поднялся на шестидесятилетние ноги, прошаркал вдоль длинного и узкого мраморного стола, после чего бросил тройку своих предсказательных костей.
Затем, что-то бормоча себе под нос, он приплелся к самому концу стола и с прищуром взглянул на руны. Вытирая нос, пророк раздумывал над их авгурическим значением.
— Ну что? — после десяти минут озадаченного молчания прохрипел капитан Мабыть. — Есть проблемы?
Плечи Пофика обвисли, и он поднял взгляд. Его цвета ливерной колбасы лицо пыталось скрыть румянец профессионального стыда.
— Я… я не знаю, что это значит, — едва слышно признался Пофик.
— Что? — рявкнул Мабыть, прикладывая к уху сложенную чашечкой ладонь. — Что вы сказали? Что он сказал?
Три других пророка за столом нервно переглядывались, не смея поверить в услышанное. Пророк с неистолковываемым знаком… об этом даже подумать было невыносимо. Это противоречило всему, на чем стояло аксолотлианское общество. Без взгляда в будущее они становились совершенно слепы. Все, что они считали истинным, тогда безусловно должно было рассыпаться прямо перед их воспаленными глазами.
Между прочим, была ли вон та трещина в потолке?
— Что он сказал? — снова прохрипел Мабыть.
Костяшки пальцев Пофика сделались белыми от отчаянной хватки за край стола, пока его взор переходил от обвиняющей тройки непостижимых рун к раздраженно-нахмуренной физиономии капитана.
— Это лишено значения… — выдохнул Пофик. — Совершенно непостижимо. У меня нет ни намека на смысл!
— Не может быть! — гаркнул Мабыть. — Прикиньте! И быстро. Скоро уже подадут утренние булочки.
— Не могу! — Пофик дрожал, чувствуя, что раньше чем подадут булочки, он уже предстанет перед концом своей долгой и вполне комфортной карьеры.
— Проклятье! Работа должна делаться, дьявол ее побери… — прорычал капитан Мабыть, отталкивая свое бамбуковое кресло и шаркая к концу стола. Каждый шаг был отмечен подсосом челюстей и свистящим вдохом и выдохом. Остальные пророки изумленно наблюдали. События определенно были беспрецедентные.
— А еще пророком называетесь! — проворчал Мабыть, подтягиваясь к самому концу стола и натужно кашляя. Повесив голову, Пофик бесприютно разглядывал носки своих шлепанцев.
Капитан прищурился сквозь свою катаракту и с усилием вобрал руны в довольно шаткий фокус. Воздух в зале словно бы загустел и обратился в некий густой сироп ожидания, пока неторопливые мысленные процессы капитана извлекали из памяти символы и выуживали их значение из геометрических фигур, изгибов и взаимного расположения всего вышеупомянутого. Все это, безусловно, было чрезвычайно сложно, однако Мабыть никогда бы этого не признал. Собрав весь свой почти что девяностолетний опыт, он сморщил и без того морщинистую физиономию и принялся бороться с предзнаменованиями, точно какая-то гигантская разумная черносливина. Постепенно свет понимания стыдливо вознаградил его трудный путь под пологом неведения, и истина что-то горячо зашептала ему в ухо.
Самой последней вещью, которую четверка главных муниципальных пророков ожидала услышать от капитана, было сдавленное лопотание. Все глаза обратились на него, пока Мабыть хрипел, набирал полные легкие воздуха и, сжимая себе руками грудь, начинал зловредно хихикать. Секунды спустя он уже валялся на полу, истерически хохоча.
Остальные пророки потрясенно переглянулись, совершенно не понимая, что же им теперь делать, пока хрипы дикого восторга разносились по всему залу, отражаясь от колонн.
— Э-э… не были бы вы так добры, чтобы… э-э… немного нас просветить? — заклянчил Пофик, чувствуя себя еще паскуднее оттого, что не сумел разглядеть в рунах чего-то, что произвело подобный эффект.
Капитан Мабыть катался по полу, беспомощно держась за торчащие ребра.
— Выкатите еще что-нибудь типа того, пожалуйста, — прокаркал он. — Тогда мне еще на сутки веселья хватит!
— Но Что это? — взмолился Пофик, с прищуром глядя на руны. — Я не понимаю.
Мабыть скорчился на полу, после чего с трудом сел.
— Хорошие новости! — объявил он. — Абб Армот, этот докучный идиот-кораблестроитель, больше не будет донимать нас насчет предсказаний. Очень-очень долго.
Четыре других пророка в полном непонимании глазели на капитана.
— Похоже, ему четыре года потребуется, чтобы построить «Веселый Моллюск — два», — провыл Мабыть. — А потом еще года полтора, чтобы набраться отваги запустить и эту свою посудину. Ха-ха-ха, лучших новостей я уже много лет не получал!
И тут до них дошло. Как раз в тот самый момент, когда они поняли, что хихикающая на полу груда дряхлого пессимистического пророка выдает определенно оптимистичное предсказание, их перепуганные уши вдруг стали осознавать далекий грохот целого стада неистовых сандалий, а их ноздри подхватили безошибочный запах горящих ячменных полей.
Итак, слухи оказались верны. Мабыть выдал хорошие новости, и в коридорах уже кто-то бунтовал, а поля горели. Тем не менее пророки не ожидали, что все произойдет так быстро.
Грохот бегущих сандалий интенсивно нарастал, слишком стремительно приближаясь по мраморному коридору.
Пофик запаниковал. Итак, они приближались. Целая толпа. А в этом зале имелась только одна-единственная дверь, только один вход и выход. По мере нарастания страха Пофик стал быстро подбираться к сердечному приступу. Это было нечестно, что его должна была порвать на куски дикая толпа. Просто нечестно! Он всегда давал хорошие предсказания, направляя судьбу Аксолотля прямиком к… В эту секунду Пофик четко осознал, что все это было вранье. Инстинкт бегства поборолся с боевым побуждением и секунду спустя победил. Но пути наружу не было. В таких случаях оставалось делать только одну вещь. Вопить и… две вещи. Вопить, паниковать и… три вещи.
Вопя и паникуя, пока сердце его отчаянно колотилось, Пофик во всплеске хлопающей тоги упал на пол, избирая третий вариант, как наиболее предпочтительный. Ударившись о мраморный пол, он тут же начал испускать потоки отчаянных заклинаний и продиктованных страхом уговоров, упрашивая тех, кто был выше, как-нибудь заступиться за них и спасти их пророческие задницы от бешено несущейся толпы. Мгновение спустя последовало еще три глухих удара, и к Пофику присоединились остальные трое пророков. Волны мольбы лихорадочно неслись в сторону Аррая из стареющих ртов главных муниципальных пророков Аксолотля.
В пятидесяти ярдах оттуда, по ту сторону крепких бамбуковых дверей Муниципального зала предсказаний потный и до смерти перепуганный мужчина в жутко потрепанном облачении с визгом завернул за угол и загрохотал дальше по коридору во всплеске сочных красок. Ровно через пять с половиной секунд вся толпа, которая так недавно стояла на берегу озера Титипопа, проследовала за ним в бешеной погоне.
Дальше Партач, главный заклинатель по транспорту и общему обращению с товарами, отчаянно метнулся к обширному арочному пространству бамбуковой двери, и лишь одно слово воплем вырвалось из его задыхающихся легких:
— Святилище!
Рокочущий грохот погони зловеще гремел в его ушах.
В десяти футах от Муниципального зала предсказаний Партач начал визжащее торможение.
Впилившись в дверь, он отскочил от нее и упал на спину. Но мгновение спустя заклинатель уже был на ногах, словно незримый эластичный шнур связывал его с ручкой двери. Его кулаки забарабанили по рифленой поверхности, а сам Партач испуганно оглянулся на безостановочно несущуюся толпу.
Гнев, перемешанный с потом, точно штукатурка, покрывал лица людей. Преследователи несчастного заклинателя грохотали дальше, твердо настроенные показать всем богам, что именно они о нем думают.
Слишком поздно до них дошло, что плиты сияющего мраморного пола серьезно снижают эффективность торможения.
Отчаянно крутя педали назад, толпа с чудовищным избытком инерции врезалась в твердые бамбуковые двери. Петли, панели и несколько десятков донельзя изумленных пауков влетели в интерьер Муниципального зала на волне потерявших управление граждан Аксолотля.
И в это самое мгновение на молитвенные воззвания четырех пророков были получены ответы. Четыре столпа слепящей аэрозольной ртути слились в четверку зевающих и жутко похмельных божеств. Пугающая тишина мигом одела аксолотлианцев в смирительные рубашки потрясенного удивления, стоило им только воззриться на небесных визитеров.
— Ну, кореша, вам тут чего? — прорычало голое, по пояс божество, сжимая могучие кулаки в нескольких дюймах от своего носа, который, судя по его виду, вправляли уже несчетное число раз.
Все глаза переметнулись со шнурованных боксерских ботинок на тяжелые надбровные дуги Туммака, небесного покровителя потасовок и мордобоя. Сотня челюстей упала вниз.
Пофик ухмыльнулся. Его молитвы получили ответ. Пусть теперь эти неблагодарные аксолотлианцы посмеют прикоснуться к нему хоть пальцем!
Для всех незваных гостей стало вполне очевидно, что было на уме у Пофика, когда его панический призыв был послан.
Другие пророки, однако, оказались несколько менее прагматичны в своих предпочтениях.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов