А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Тем не менее Х. обладают жестким внешним скелетом и ядовитым жалом на
конце закругленного брюшка; эта особенность, наряду со скоростью их
передвижения, наводит на мысль, что рабство Х. есть результат, скорее,
выбора и привычки, а не принуждения. Х. видят при помощи кольца обычных
(т.е. нефасетчатых) глаз, расположенных вокруг гладкой головы. Потребность
в круговом обзоре заставляет их принимать вертикальное положение, тогда
как при быстром передвижении они опускаются горизонтально. Глаза Х.
чувствительны в диапазоне длин волн от 0.3 до 1.0 микрон, что шире, чем у
людей. Их чувствительность при низких уровнях освещенности превосходит
человеческую; некоторые экзобиологи на основе этого делают вывод, что
центр х-ского клайда расположен на слабо освещенной планете, как по
интенсивности, так и по спектру.
ИСТОРИЯ. Ранняя история Х. утеряна, так же как и координаты места
происхождения их клайда. В настоящее время центром цивилизации Х.
считается планета Кер, которая является главным хранилищем архивов Х.
Именно на Кер, семь тысяч лет назад, была открыта Бозе-передача.
Открытие дало Кер превосходство над другими х-скими мирами, которое с тех
пор никогда не оспаривалось. По сведениям из архивов Кер, некоторые устные
предания Х. и их расовая память простираются на шестьдесят тысяч поколений
назад. Поскольку созидательный период их жизни составляет семьдесят
стандартных лет, разумная стадия существования и хорошо развитого языка у
Х. может насчитывать, таким образом, полмиллиона лет. Для сравнения:
письменные источники на Кер имеют возраст менее десяти тысяч лет.
Кер - главная движущая сила, центральный рынок и основной получатель
доходов от торговли Х.-рабами. Его обитатели с охотой исполняют эту роль и
следуют главному правилу Х.: устанавливать отношения и вести коммерческие
дела с другими разумными существами, только в интересах работорговли.
КУЛЬТУРА. В х-ских мирах социальное управление отождествляется с
контролем над размножением. Поскольку остальные пять групп стерильны,
производители в принципе обладают уникальной властью; однако каждый
производитель знает, что в результате метаморфозы он превратится со
временем в кормильца, ответственного за вскармливание молоди, а затем в
правителя, ответственного за принятие решений, определяющих развитие
колонии. Как следствие, эти три группы кооперируются и составляют
"Верховную Триаду" х-ской культуры, а рабочие, писцы и воины образуют
"Нижнюю Триаду". Для члена Верховной Триады продать другого ее члена в
рабство - вещь совершенно немыслимая.
Перекрестное оплодотворение за пределами колонии считается
генетически предпочтительным, но возможность путешествовать находится под
строжайшим контролем. Она предоставляется только как повышение по службе и
только с целью спаривания. Ни одна колония Х. не требует и не разрешает
бесконтрольного обмена индивидуумами. Этот фактор более, нежели любой
другой, ограничивает интерес Х. к межзвездной и даже межпланетной
торговле. Работорговля на Кер - единственное важное исключение.
"Всеобщий каталог живых существ (подкласс: разумные)"

11
Следующие факты могут показаться слишком несерьезными для строго
научного "Всеобщего каталога живых существ (подкласс: разумные)". Однако
мало кто в рукаве стал бы их оспаривать:
РЕФЛЕКСЫ ВЗРОСЛОЙ ХАЙМЕНОПТКИ В ДЕСЯТЬ РАЗ БЫСТРЕЕ, ЧЕМ У ЧЕЛОВЕКА.
ХАЙМЕНОПТКА ПРЕОДОЛЕВАЕТ СТО МЕТРОВ МЕНЕЕ ЧЕМ ЗА ДВЕ СЕКУНДЫ.
ВОСЕМЬ ТРЕХЧЛЕННЫХ КОНЕЧНОСТЕЙ ПОЗВОЛЯЮТ ХАЙМЕНОПТКЕ ПРИ
ОДНОВРЕМЕННОМ ИХ ИСПОЛЬЗОВАНИИ ПОДПРЫГНУТЬ НА ВЫСОТУ БОЛЕЕ ДЕСЯТИ МЕТРОВ В
УСЛОВИЯХ ДВОЙНОЙ СТАНДАРТНОЙ СИЛЫ ТЯЖЕСТИ.
СПРЯТАННОЕ В КОНЧИКЕ ЩЕТИНИСТОГО БРЮШКА ХАЙМЕНОПТКИ ЖЕЛТОЕ ЖАЛО В
ДОЛИ СЕКУНДЫ НАСТРАИВАЕТСЯ НА ВЫДЕЛЕНИЕ СТИМУЛЯТОРОВ, АНЕСТЕТИКОВ,
ГАЛЛЮЦИНОГЕНОВ И ДАЖЕ СМЕРТЕЛЬНО ЯДОВИТЫХ НЕЙРОТОКСИНОВ. ВСЕ ОНИ ОКАЗЫВАЮТ
ЭФФЕКТИВНОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ НА ЛЮБЫЕ ИЗВЕСТНЫЕ РАЗУМНЫЕ ОРГАНИЗМЫ.
В УСЛОВИЯХ СОЗНАТЕЛЬНО ЗАТОРМОЖЕННОГО МЕТАБОЛИЗМА ХАЙМЕНОПТКА
ВЫЖИВАЕТ БЕЗ ПИЩИ И ВОДЫ В ТЕЧЕНИЕ ПЯТИ МЕСЯЦЕВ; ЗАКАПСУЛИРОВАВШИСЬ, ОНА
СПОСОБНА ПРОДЕРЖАТЬСЯ В ЧЕТЫРЕ РАЗА ДОЛЬШЕ. ХАЙМЕНОПТКИ ТАК ЖЕ РАЗУМНЫ,
КАК КЕКРОПИЙЦЫ ИЛИ ЛЮДИ, ПРИЧЕМ С БОЛЕЕ ВЫСОКОЙ МЕНТАЛЬНОЙ УСТОЙЧИВОСТЬЮ,
ЧЕМ ТЕ И ДРУГИЕ.

Каллик, разумеется, все это знала. И тем не менее ей никогда не
приходило в голову, что ее собственный статус рабыни при таких условиях
выглядит неестественно. В действительности она считала его совершенно
естественным. Ее расовая память простиралась на десять тысяч лет назад, к
тем временам, когда каждый хайменопт был рабом.
Расовая память хайменоптов не отличались точностью от обычной. Те
несколько миллиардов бит общей емкости, что были ей отведены, снижали
качество воспоминаний до едва ли не карикатурного изображения
первоначального опыта. Когда же мозг заставляли воспроизводить расовые
воспоминания в том же формате, что и другой накопленный опыт, он облекал
скелет воспоминания искусственной тканью собственной выдумки.
В результате Каллик "помнила" длительное рабство представителей ее
народа в виде серии картинок; однако никакими усилиями детали этих видений
не проявлялись.
Она могла воссоздать в своем сознании образ зардалу, хозяев,
сухопутных головоногих, которые правили тысячами миров Сообщества Зардалу
до Великого Восстания. Если бы она хорошенько подумала, то в ее
воображении возникли бы весьма специфические картины: каменный клюв,
достаточно мощный, чтобы пробить тело хайменоптки... но увидеть, где он
расположен на теле зардалу, ей не под силу. Огромные круглые глаза... но
конечности, носившие это тело, представлялись лишь неопределенными тенями
без размера, цвета и числа.
Об исчезновении зардалу она имела только самые смутные воспоминания:
сознание возвращало лишь образы летящих тел, зеленый огонь, мир,
погрузившийся во тьму, взрыв солнца. А затем - великое спокойствие,
отсутствие каких бы то ни было образов зардалу.
Для социального класса Каллик Великое Восстание и исчезновение
тирании зардалу принесло мало перемен. Она родилась рабочим и, оставшись
на родине, пробыла бы им всю жизнь. Ее предназначение всегда быть рабочим,
в отличие от правителей, писцов, воинов, кормильцев или производителей. Ее
зачали для рабства, родили для рабства и продали в рабство. Ничто не
доставляло ей столько неудобств, как отсутствие хозяев. Они просто были ей
необходимы - будь то люди, кекропийцы или хайменопты.
Исчезновение Лэнг и Ребки подвигло ее на активную деятельность. Она
немедленно совершила облет Жемчужины на низкой высоте, чтобы исследовать
поверхность медленно вращающегося планетоида, не пропустив ни одного
квадратного метра.
Облет занял час и не дал никаких результатов. Каллик осталась при
убеждении, что Жемчужина внутри полая, но никаких признаков внешних
структур не обнаружила. Ничто не указывало также на наличие какого-либо
входа внутрь. Если бы Каллик не видела собственными многочисленными парами
глаз то втянутое в поверхность мерцающее облако, то посчитала бы
поверхность Жемчужины абсолютно непроницаемой.
Когда бесполезный осмотр завершился, Каллик вновь направила глаза
вверх, чтобы изучить небо над кораблем. В поисках Ребки и Лэнг она не
сдвинулась ни на шаг, но зато фаги теперь больше не желали оставаться в
отдалении. Присутствие "Все - мое", казалось, сводило их с ума. Каллик
видела, как один из фагов трижды проходил всего в нескольких километрах
над кораблем. И каждый раз он подлетал все ближе. Сейчас она заметила, как
еще два фага перешли на более низкую орбиту.
Она посадила "Все - мое" примерно в то же место, где они его
обнаружили, и прошла в свою каюту. Время осторожности кончилось. Она
выбрала необходимое оборудование и перенесла его с борта корабля на
поверхность. Оно должно было измерить электромагнитное поле Жемчужины и
рассчитать внешнее поле, способное нейтрализовать его по величине и фазе.
Она послала краткое сообщение на Опал, в котором изложила, что
собирается предпринять. Связаться с Ж'мерлией она не могла, поскольку
Дрейфус-27 все еще был закрыт гигантской массой Гаргантюа.
Каллик оттащила генератор поля и ингибитор метров на сорок от "Все -
мое". Ей оставайтесь разрешить единственную проблему. Если ее ингибитор
создаст компенсирующее электромагнитное поле в эффективном радиусе пять -
десять метров, то, когда поверхность Жемчужины станет жидкой или
газообразной, устройство в ней утонет. Единственный способ избежать этого
- привязать к противоположным сторонам прибора концы двух веревок,
обмотанных вокруг сферы, причем так, чтобы одна лежала по геодезическому
"экватору", а вторая проходила через геодезические "полюса". Таким
образом, сила тяготения скомпенсируется натяжением веревок, поддерживаемых
твердой поверхностью Жемчужины.
Каллик остановилась, чтобы подумать. Веревки будут держаться, если,
конечно, местная нейтрализация поля не вызовет глобальной нейтрализации.
Тогда Жемчужина превратится в жидкий или газовый шар, а Каллик, "Все -
мое" и "Летний сон" вместе провалятся в его неизвестные глубины.
У хайменоптки не было плеч, чтобы пожать ими. Вместо этого Каллик
что-то тихо щелкнула сама себе и стала привязывать тонкие
монокристаллические кабели от корабля к генератору поля. Она была
фаталисткой. Итак, Жемчужина может стать жидкой. Хорошо, но ведь никто
никогда не обещал ей жизнь без риска. Она поспешила на "Все - мое" и
оставила на пишущем устройстве корабля послание для Ж'мерлии, что-то вроде
"Прощай, приятно было познакомиться". Если она вернется невредимой, то
сотрет его.
Она включила питание и отошла, наблюдая.
Ничего не изменилось. Генератор представлял собой компактное
устройство, питавшееся от микроволнового пучка, подаваемого со "Все -
мое". Ничто снаружи не указывало на то, что он приведен в действие, а сама
аппаратура стояла точно там, где она ее установила, и не производила ни
звуков, ни движений.
Затем она услышала слабое поскрипывание кабелей, туго натянувшихся
под весом генератора. Сам прибор стоял на трех твердых ножках, но сейчас
их концы на несколько сантиметров утонули в поверхности Жемчужины.
Каллик осторожно приблизилась к генератору. Его положение оставалось
устойчивым, без признаков движения вверх или вниз. Она потрогала один из
кабелей, чтобы определить степень его натяжения. Складывалось впечатление,
что без них генератор уже утонул бы. В радиусе пяти метров от центра поля,
где удерживающие кабели уже скрылись из вида, поверхность выглядела
несколько иначе.
Каллик пригнулась. Ее передняя конечность вошла в серую поверхность,
но ничего не ощутила.
Она принесла с корабля несколько использованных топливных канистр.
Одну из них она бросила так, чтобы та упала возле генератора. Поверхность
никак не прореагировала, но металлическая канистра исчезла сразу и без
следа. Отсутствие кругов в месте падения говорило скорее о газообразном,
чем о жидком состоянии зоны вокруг генератора.
Каллик отошла на несколько шагов. Раз канистра провалилась совершенно
свободно, значит, и хайменоптке это удастся без особых трудностей. Но была
ли зона скомпенсированного поля достаточно глубокой, чтобы обеспечить
полный доступ внутрь? Или же в нескольких метрах внизу лежит твердое дно?
Каллик знала, что, стоя на месте и размышляя, ответа она не получит.
Она вернулась на корабль и, вытащив кусок кабеля, привязала один его
конец к скобе на наружной обшивке "Все - мое", а другим обвязала себя
вокруг грудного сегмента. Если кто-нибудь захочет совершить на "Все - мое"
межпланетный перелет, пока Каллик будет находиться внутри Жемчужины, у нее
возникнут большие неприятности.
Больших неприятностей у нее и так полно.
Она подошла к краю скомпенсированной зоны. Несколько секунд постояла,
сомневаясь Нет никакой гарантии, что ее действия помогут Дари Лэнг и Хансу
Ребке, - да и вряд ли это лучший способ им помочь. Если имеется более
оптимальное решение, она обязана найти его.
Пока она так стояла, над ней раздалось громкое "в-шших-х!". Это был
фаг, пронесшийся не более, чем в пятидесяти метрах от поверхности. Темная
пасть была закрыта, но она может распахнуться в любую секунду.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов