А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А раз в минуту подходит наша очередь вести колонну – а это тоже то еще удовольствие.
Когда мы оказываемся второй машиной, а потом ведущий флаер уходит в сторону – на наш флаер такой удар воздуха обрушивается, что даже гравы не могут его мгновенно на нет свести. Флаер ужасно дергает – и это еще со внутренними гравами-компенсаторами! Без них нас бы вообще по внутренностям флаера размазало. И пять секунд, пока мы ведем колонну, тоже не подарочек – флаер весь вибрирует. Пять звуков для девяностого «Ската» околокритический режим. И перегрев, и звуковые волны в корпусе нехилые. Тут даже гравы-компенсаторы и противофазные шумоподавители бессильны.
Потом мы в сторону уходим, и через миг все кончается – это мы в хвост колонны пристраиваемся. А через минуту все по новой…
– Готово, Серж! – Дымок восклицает.
Потягивается до хруста, пальцы сплетает, суставами щелкает.
А потом проворно свой комп к бортовому подсоединяет. Снова руки на клавиатуру, и свои программы бортовому процессору и в ракеты сбрасывает.
В имперском девяностом «Скате», который я в наследство от ребят Шутемкова получил, боезапас полный был – когда я в столицу Конфедерации входил. Но там-то с него быстро все ядерные ракеты сняли. А перед тем, как выпустить нас из города, и большую часть химических сняли. Но четыре штуки оставили. Решили, что не страшно.
Эти ракеты только против самолетов действенны. Флаер догнать не могут – как же они его догонят? В космосе еще туда-сюда – если ракета разогнаться успела. А в плотных слоях атмосферы такие ракеты за три с половиной звука не разгоняются – двигатели слабоваты. Куда слабее гравов, которые на флаерах стоят. Да и время работы двигателей на такой скорости короткое – они же сухим топливом питаются, не от реактора, как флаеры.
Флаеру такая ракета в одном случае может угрожать – если ракет не одна, а как минимум шесть, чтобы они флаер со всех сторон могли окружить. Но у нас-то только четыре ракеты на борту. Да и как нам другой флаер в одиночку ракетами в сферу взять? Для этого как минимум три флаера нужны, а лучше все шесть.
Вот конфедералы эти четыре ракеты нам и оставили. Мол, доверяют…
Одного не учли. Когда мы на слипстриме идти будем, между нами и соседними флаерами будет почти вакуум. А вокруг плазменного кокона, в котором наша колонна идет – воздух. И не разреженный воздух, а плотный, даже плотнее, чем стандартная атмосфера.
– Господа, что вы задумали? – Линский тревожно спрашивает. Ему на заднем сиденье пультов не видно. Но по шороху клавиш под пальцами Дымка кое-что сообразил. – Прошу вас, остановитесь, пока не поздно! Вы все равно не сможете уйти от остальных флаеров! Это просто невозможно! Вы только зря погубите нас!
– Заткнись, папаша… – шиплю.
Только его оптимизма Дымку под руку и не хватало!
– Серж, вы не понимаете! Это…
– Хотите, господин президент, я вас снова усыплю?
Заткнулся Линский.
Дымок все нужные программы в бортовой комп перебросил, тактическое задание ракетам перепрограммировал. На меня смотрит. От волнения весь бледный, даже пальцы дрожат. Если он какую ошибку допустил…
Даже думать об этом не хочется. Хотя если какая ошибка и есть, то мы ее почувствовать, скорее всего, все равно не успеем. Все в сотые доли секунды случится. Даже испугаться не успеем, если что-то не так пойдет…
– В эту очередь?
– Нет… – Дымок головой мотает. – Давай в следующую…
Боится, пижон…
Я тоже.
Да и Анна… Хоть мы ей и не все рассказали – на фига ей лишний раз нейроны жечь, когда от нее все равное ничего не зависит? – но Анна не дурочка. Уж не глупее некоторых, это точно. И весь риск понимает. Эх, сейчас бы на заднее сиденье, обнять ее, поцеловать, хоть чуть-чуть успокоить…
Флаер снова дергает, корпус вибрирует. Это мы снова колонну ведем.
Через пять секунд в конец уходим.
Ну, все. Была не была…
– Давай, Дымок! – говорю. – Храни нас Эйнштейн всемогущий! – ухмыльнуться пытаюсь повеселее.
Всхлипывает Дымок – не то хихикает, не то от волнения уже дыхание сбивается. Запускает программы.
Ждем. Секунды – словно минуты…
– Что-то не так? – Линский с надеждой спрашивает. – Ничего не получилось?
Ему кажется, что ничего не случилось.
Правильно кажется. Ничего еще и не должно было случиться. Программа включилась, но все маневры еще впереди – через полминуты, когда мы снова вести колонну будем.
Дымок от напряжения дрожит весь.
Но от нас уже больше ничего не зависит. Все остальное сделают программы Дымка и электроника нашего «Ската».
Все произошло мгновенно. Если бы не знал, что должно произойти, так ничего и не понял бы.
Программы Дымка начали действовать в тот же миг, как мы вышли на позицию ведущего. Ждать нельзя – иначе корпус раскалится, и увеличить скорость будет уже нельзя. Надо сразу. Поэтому только десять миллисекунд наш «Скат» вел колонну. А потом изменил скорость – и рванулся не вперед на пяти звуках, а назад.
Электроника в следующем за нами «Скате» среагировала на наш рывок назад, и он тоже назад развернулся. Иначе нельзя. Если две машины, каждая на пяти звуках, врежутся друг в друга – только облачко плазмы и останется. Тот, флаер, что третьим шел, тоже назад рванул, чтобы со вторым не столкнуться. И так один за одним, как костяшки домино, все назад пошли.
А наш «Скат» уже выкидывает из себя ракету, которую Дымок перепрограммировал. И снова вперед – прочь от ракеты. Флаеры конфедералов тоже от ракеты улепетывают – и идут уже не с нами, а от нас.
Ракета совсем легкая, и сама по себе флаер догнать не может – но это в обычных условиях, когда ей атмосфера мешает. Но сейчас-то мы шли на пяти звуках, и за нашим «Скатом» почти чистый вакуум. Никакого сопротивления.
Флаеры конфедералов тоже в этом же вакууме назад рванули – вот только вакуумный след не бесконечный. Тот флаер, что замыкал колонну, теперь оказался первым, и должен преодолевать сопротивление воздуха. А корпус у него раскален – ведь это его наш «Скат» только что в роли ведущего сменил. И больше шести звуков тот флаер разогнаться не может.
Да и остальные флаеры выше шести звуков не могут выжать. Если в стороны пойдут – они ведь тоже в воздух упрутся. А ракете, которая за ними идет – она сейчас сколько угодно выжать может. Наш флаер, когда назад дергал, выбросил ее уже разогнанной до пяти звуков – а тут еще у нее свой двигатель включился. И идет она не в воздухе – а в слипстримовом хвосте чистого вакуума за улепетывающими от нее флаерами! В бою такого никогда не случается – а вот тут случилось. И флаерам от нее не уйти.
Они в разные стороны рванули, чтобы хоть кто-то спасся – но тут ракета и взорвалась.
Взрыв у нее несильный. Ракета-то не против тяжелых флаеров предназначена, а против самолетов. К тому же, в обычном-то бою она в вакуумном хвосте за флаером оказаться не может. И воздух дополнительно осколки тормозит – а атакуемый флаер в это время прочь от осколков на пяти звуках уносится. Взрывная волна и осколки от него просто отстают.
Но сейчас ракета взорвалась в вакуумном хвосте за флаерами – и взрывная волна флаеры достала. Все, кроме нашего «Ската». Мы в эти мгновения в противоположную сторону шли, и между нами и остальными флаерами воздух уже успел сомкнуться, осколки замедлились и нас не догнали.
А вот остальные флаеры свое получили. Нет, сбить-то мы их не сбили – но корпуса повредили изрядно. С повреждениями корпуса флаер тоже летать может – но уже не на гиперзвуке. Максимум – пара звуков. А наш неповрежденный может несколько секунд на шести звуках идти! А на четырех – хоть час!
Но все это я только знал, потому что Дымок мне все это заранее объяснил. Ничего этого я не видел. Все в миллисекунды произошло, я глазом моргнуть не успел – в буквальном смысле слова. Просто на экране гравидетекторов флаеры конфедералов вдруг отстали от нас – и врассыпную бросились. И тут же почти остановились – это они все на полтора звука перешли, чтобы поврежденные корпуса не лопнули от давления воздуха.
Через пару секунд кто-то из пилотов среагировал, выпустил по нам легкие ракеты – но так, от злости только. Догнать нас эти ракеты, конечно, не смогли.
– Получилось! – Дымок шепчет, воздух с всхлипами втягивая.
– Что случилось?! – Линский ворчит тревожно.
Он даже не понял, что что-то случилось.
– Все, папаша, – говорю. – Ушли мы от ваших союзничков.
Союзнички в себя уже пришли. Но за нами не идут. Что толку-то, в самом деле? Мы же на пяти звуках несемся, а для них максимум теперь – два.
Сообразили, что произошло. И вместо того, чтобы нас преследовать, назад пошли, в Конфедерацию. Потому что если мы сообщим торговцам, что конфедералы собирались из атаковать…
С этими покалеченными теперь самый задрипанный флаер справится – главное, дюжину ракет в боезапасе иметь. На двух звуках поврежденные флаеры даже от легкой ракеты уйти не смогут. Никакой сферы не надо… Так что этой группе конфедералов с торговцами лучше не встречаться.
– Сбрасывай скорость, Дымок, – говорю. – Нечего корпус перегревать. И давай связь с базой торговцев. Надо быстрее их предупредить. Они должны успеть вывезти симы с базы прежде, чем Янг вышлет вторую боевую группу.
Пока Дымок с торговцами связывался и предупреждение передавал, Линский в себя пришел. Тоже сообразил, что произошло… Он ведь до последнего не верил, что у нас получится от двенадцати флаеров уйти. От колонны флаеров и в самом деле нельзя убежать. Но мы-то из колонны убегали. Молодец Дымок, молодец!
– Что же вы наделали, Серж… – Линский бормочет. – Что же вы натворили… Конфедерация вас не волнует… Пусть. Но что теперь будет с нашим Ангарском?… Янг будет думать, что я с вами заодно. Конфедерация нам теперь не только не союзник, но еще и враг… Что будет с городом…
Хотел бы я все его упреки мимо ушей пропустить – но ведь он опытный. Знает, куда давить… И хоть знаю я, что наверняка он где-то передергивает – но где? Снаружи-то в его словах все гладко. В самом деле мы с Дымком наш Ангарск вроде как по полной программе подставили…
– Кончай блажить, папаша! – говорю.
– Перестаньте, Серж! – Линский шипит. По-настоящему зло. Первый раз за все время, что мы с ним вместе. – Вы погубили наш город!
В голосе почти ненависть. В самом деле папаша наш город любит… Может, на торговцев ему было и напревать, но за наш Ангарск в самом деле готов кому угодно глотку перегрызть. Пластиковыми лентами так скрипит, словно разорвать их решил. Хорошо, что я его раньше времени не развязал.
– Дымок, ты связался? – говорю.
Вроде, уже минут пять мы на двух звуках идем, а связи все нет.
– Да, – Дымок говорит тихонько. – Флаер с двумя молекулярными сборщиками ушел к Империи. Из Империи вышла колонна сопровождения. Конфедералы уже не успеют помешать доставить сборщики императору. И еще торговцы выслали нам навстречу два флаера. На всякий случай.
Передал, значит. Не голосом, а через клавиатуру, пижон…
Линский все пластиком скрипит, даже рычит от ярости – но сделать ничего не может. Да и зря он рычит…
– Не рычи, папаша, – говорю хмуро. – Я тебя развяжу сейчас, только ты уж не кусайся. Ладно?
Затих Линский.
– Что вы еще задумали, Серж? – спрашивает холодно.
Дымок вот уже догадался. На меня пялиться перестал, снова в клавиатуру уткнулся и опять с торговцами связывается.
– Город наш спасать не собираетесь? – говорю.
– Каким образом? – Линский отзывается.
Но ненависти в его голосе уже поменьше, вроде.
– Убедите Янга, что вы не при чем. Что во всем я и Дымок виноваты.
– С-серж, вы что… – Линский шипит зло. – Вы что, издеваетесь? Как я его смогу убедить? Вы думаете, он поверит в то, что два сопливых пацана обвели меня вокруг пальца?!
Сопливые?… Ну-ну.
– Ну ведь обвели же? – говорю. – По голове я вас честно ударил. Если надо будет, любой доктор подтвердит легкое сотрясение с потерей сознания. Вам даже врать не надо будет. Навыки своего СВИ вспоминайте, господин президент. Вас там ведь учили, как надо убеждать?
– Серж… – Линский шипит.
– Что – Серж? – огрызаюсь. – Значит, плохо вы наш Ангарск любите… господин президент.
– Серж! Да поймите же вы, наконец! – Линский из себя выходит. – Сейчас торговцы доставят императору симы, и император развяжет войну, которой Конфедерация старалась всеми силами избежать! И виноваты в этом будем мы! Потому что мы, именно мы спасли торговцев и этим помогли императору! И то, что торговцы нас сейчас встретят, выглядит как доказательство того, что мы с самого начала были на стороне императора! После встречи с торговцами Янг со мной даже разговаривать не будет!
– А кто вам мешает избежать встречи с торговцами? – говорю хмуро, на экраны косясь.
Мы всего на двух звуках идем, и внешние камеры нормально работают. Под нами сплошные джунгли тянутся. Хоть бы полянка какая… Ни фига. Ну да ладно. Переживаем как-нибудь пару часов. В конце концов, город-то наш в самом деле спасать надо. Если Линский с Янгом не договорится, подгребет император под себя наш Ангарск.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов