А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


И вот тогда я понял, что по-настоящему начались неприятности.
3
Я мог бы посочувствовать Абу Саффару. Люди приходят в чайхану для того, чтобы согреть свои внутренности горячим чаем, а не затем, чтобы размазать их по столикам.
Но, поступив на службу в тайную полицию, Абу Саффар потерял право на человеческое к себе отношение.
Я мог бы также, пожалуй, упрекнуть себя в том, что не предупредил его вовремя; но меня утешала мысль, что я бы все равно не успел.
Двое соглядатаев, которых Абу Саффар оставил на городской площади, не сразу узнали о бесславной участи своего бравого командира. Первый из них как раз тыкался носом в спелые дыни, разложенные на прилавке огра-зеленщика.
А вскоре он нашел и более интересный способ занять себя, чем глядеть на мертвого Саффара.
Огр-лавочник наклонился к своему прилавку, глухо бурча что-то о спелых дынях и бессовестных покупателях, которые товару-то перепортют. а купят с шиш.
Когда огр распрямился, в его волосатой лапе сверкало прямое лезвие кинжала, подобно восходящей звезде. Он вонзил клинок прямо в горло соглядатая, и я видел, как окровавленное лезвие вышло у шпиона из шеи.
Не знаю, умер тот сразу или же нет. По крайней мере, никто из людей на площади не выразил охоты сделать ему искусственное дыхание.
Огр выдернул кинжал и перемахнул через свой прилавок. Глядя на эти высокие, толстые, мохнатые существа, сложно предположить, с какой быстротой и ловкостью они двигаются.
Всегда полезно иметь огра на своей стороне; если же он играет за других, стоит задуматься, правильно ли ты сам выбрал сторону.
Но с этим парнем мы явно были в разных командах.
Соглядатай опустился на колени, пытаясь соединить пальцами широкий разрез на своем горле. По всей видимости, у него это плохо получалось. Он застыл, глядя далеко вперед – туда, где восходящее солнце касалось своими лучами минаретов.
Убийца-огр уже не обращал на него внимания. Он шел через площадь, и трое его помощников следовали за ним. Я начинал догадываться, что эти ребята зарабатывали на жизнь не только тем, что таскали овощи на городском рынке.
Люди расступались перед ассассином, как немного раньше уступали дорогу городской страже. Простой народ относится к преступникам так же, как и к людям эмира – в конце концов, разница между ними лишь в том, то одни обличены официальной властью, а вторые нет.
Третий соглядатай лежал, скорчившись, под стеной, в луже крови. Отчего-то у меня создавалось впечатление, что она была его собственной.
Купцы, мирно потягивавшие чай из глубоких блюдец, поднялись со своих мест. Их просторные одежды, расшитые темно-красными узорами, ниспадали на деревянный пол, а в руках сверкали прямые кинжалы.
– Гильдия некромантов, – пробормотал я. – Алиса, чем ты рассердила Гильдию некромантов?
Франсуаз вскочила на ноги.
Обоюдоострый меч сверкнул в ее руках.
Такая уж моя Френки – чуть что, хватается за оружие.
По всей видимости, у демонессы возникла мысль – а не зарубить ли первым делом Алису Шталь, как источник наших неприятностей.
Скорее всего, у Алисы имелось на этот счет собственное мнение, но я сомневался, что Франсуаз станет ее спрашивать.
– Мы станем разговаривать с некромантами, Майкл? – процедила сквозь зубы девушка, наблюдая за приближением убийц.
– Разумеется, – ответил я.
Я не стал подниматься – с того места, где я сидел, мне и так было все прекрасно видно.
– Некроманты принадлежат к наиболее могущественным и мудрым волшебникам; они высоко ценят интеллект и всегда прислушиваются к разумным доводам. К сожалению, те, кого ты видишь – это не некроманты, а всего лишь их наймиты. Не думаю, что они станут тебя слушать…
Огр – мнимый торговец фруктами подошел к основанию деревянной лестницы и посмотрел вверх. Его окладистая борода вздрогнула, когда он бормотал что-то на древнем языке огров.
То ли убийца огорчался, что лестница настолько крутая, то ли прикидывал, что лучше отрезать у будущих жертв – уши или большие пальцы.
Люди в купеческих одеждах начали приближаться к нам. Возможно, в деревянных коробах, что стояли под их столиком, на самом деле находились заморские товары; но я сомневался, что хочу что-нибудь у них покупать.
Человек, со знаком городского писца на шее, тщательно вытер лезвие кинжала о полу своего одеяния.
Они ждали, пока с площади подойдет подкрепление.
Разве не стоило возрадоваться тому, что убийцы нападут все разом?
Алиса сцепила руки и поднесла их к горлу.
То ли она пыталась молиться, то ли раздумывала – а не удушить ли себя саму, чтобы все поскорее закончилось.
В голове тихой философини не было места для мысли, что орда уличных поножовщиков попытается ее убить. Поэтому она не знала, как себя вести.
Слава богу, она не начала кричать.
Франсуаз ухватилась левой рукой за парапет террасы. В следующее мгновение девушка перебросила свое тело через ограждения и оказалась у подножия деревянной лестницы.
Сложно сказать, какая там была высота, но нормальный человек при таком прыжке наверняка переломал бы ноги.
Правда, нормальные люди селятся в сельской местности и занимаются выращиванием брокколи и моркови. А не совершенствуются во владении мечом.
Убийца-огр, собиравшийся подняться в чайхану, остановился как вкопанный. Подобная метафора подходила к нему, как нельзя лучше – высокий, плотный и осанистый, он был в точь-в-точь как каменный истукан, врытый кочевниками где-нибудь в степи.
Подобного маневра он не предвидел; скорее, он мог бы ждать появления эмирского сборщика налогов.
Спрыгивая с террасы, Франсуаз высоко подняла над головой меч, и теперь единственное, что ей оставалось сделать, – это опустить его на голову огра.
Когда ты видишь, что девица спрыгивает на площадь с высокой террасы чайханы – всегда полезно уступить ей дорогу. Однако огру эта мысль как-то не пришло в голову; или же лезвие меча опередило ее, погрузившись в его мозг.
Голова мнимого торговца раскололась на две половинки. Если бы он на самом деле был прирожденным лавочником, то не преминул бы начать расхваливать ее, как самый спелый из арбузов.
Глядишь, кто-нибудь бы и купил.
В этот момент я как раз дотронулся до очередного круассана; но при виде мозгов, вываливающихся из располовиненного черепа, отказался от своего намерения.
Франсуаз с силой пнула ногой одного из помощников огра. Того отнесло в сторону шагов на десять. Гадая, что осталось у него от желудка, он наверняка пожалел, что на самом деле не стал торговцем фруктами.
От спелой хурмы не бывает таких неприятностей.
По крайней мере, обычно.
Пытаясь как-то научить меня пользоваться мечом – от чего я поспешно отказался – Франсуаз рассказывала, что противник всегда концентрирует внимание на том, кто лучше вооружен.
Тогда я воспринял это сообщение скептически; жизненный опыт научил меня, что больше всего достается слабым и невиновным.
Но Френки все же оказалась права.
Увидев, что я остаюсь сидеть за своим столиком и не предпринимаю никаких попыток ввязаться в драку, наемники некромантов не сочли меня опасным. По всей видимости, они приняли меня за одного из знакомых Алисы Шталь – человека вежливого, начитанного и богобоязненного.
Я порадовался, что хоть кто-то оценил меня по достоинству.
Люди в купеческих одеждах и мнимый писец развернулись и направились к деревянной лестнице. Первые мгновения они колебались, не зная, что предпринять, и не стоит ли захватить Алису в заложницы.
Но, видя, какую бурную деятельность развернула Франческа у подножия лестницы, они решили прийти на помощь своим товарищам.
Дух товарищества – что может вызвать большее уважение?
Второй помощник огра попытался произвести выпад. Без дальнейших отлагательств с ним было проведено занятие на тему: «Длина лезвия и его влияние на исход сражения».
Он еще пару секунд пытался фехтовать, прежде чем понял, что его отсеченная кисть валяется где-то в пыли.
Алиса осторожно приподнялась на своем стуле, словно боялась от резкого движения потерять невинность.
– Ты разве не собираешься ей помочь? – спросила она, заглядывая вниз.
– Ей? – я тоже посмотрел в ту сторону. – Да нет. Она обычно справляется.
Из профсоюза торговцев свежими фруктами в строю остался только один человек, и тот раздумывал, не сложить ли с себя полномочия.
Он посмотрел направо и увидел своего товарища, который пытался понять, чем его тошнит – все еще недавним завтраком или уже кусками внутренностей.
Тогда ассассин поглядел налево; там находился другой его камрад, который как раз прикидывал, какой кузнец по сходной цене сделает ему крюк вместо отрубленной кисти.
Боевого духа парню это не прибавило.
Люди в купеческих одеяниях и мнимый писец уже скатывались по деревянной лестнице. Но только в древних сагах кавалерия успевает прийти и сделать нечто большее, чем похоронить погибших.
Парень явно не знал, что предпочесть. Умереть на месте или дать повод Гильдии некромантов занести себя в черный список как труса и предателя.
Франсуаз улыбнулась.
Парень шагнул ей навстречу, и девушка снесла ему голову.
Отрубленная часть тела покатилась по земле, собирая окровавленной шеей городскую пыль.
Франсуаз развернулась вовремя, чтобы приветствовать переодетых купцов.
Я вынул из кармана золотой брегет и раскрыл его. Потасовка внизу начинала меня утомлять.
Ребята, которые спешили вниз на помощь своим товарищам, внезапно поняли, что помогать вроде как и некому. Когда несколько ассассинов, посланных Гильдией некромантов, видят перед собой только одного воина с мечом – они никогда не раздумывают, какое дело следующим записано у них в ежедневнике.
Иной вопрос, если вокруг уже лежат кусочки их товарищей.
Человек с бронзовым знаком писца спускался первым; внезапно он понял, что это ему не нравится.
Он остановился и сделал знак другим, чтобы они последовали его примеру, по всей видимости, убийца боялся, что толпящиеся сзади собьют его с ног, и он покатится по ступенькам, как муж-рогоносец в плохой комедии.
Алиса Шталь перегнулась через стол и, протянув ко мне руку, произнесла шепотом – таким страшным, что, будь на небе звезды, наверняка посыпались бы вниз.
– Разве ей не нужно помочь? – спросила философиня. – Все-таки их четверо против нее.
Я отмахнулся.
– Оставь, – ответил я. – В начале их было восемь, так что теперь и говорить не о чем.
Меня в этот момент заботила совершенно иная мысль. Я очень надеялся, что владелец чайханы убежал, испуганный начавшейся потасовкой.
Тогда мне не придется платить по счету.
А если учесть, сколько пирожков с вареньем наела Френки.
Франсуаз провернула лезвие меча перед своим лицом. Алые брызги крови сорвались с клинка и заиграли в воздухе веселой радугой.
Первый ассассин перескочил через перила лестницы и бросился бежать.
Говорят, что Гильдия некромантов жестоко карает тех, кто служит ей недостаточно усердно. Но парень, со всех ног улепетывавший через городскую площадь, по всей видимости, смог убедить себя, что все это сплетни.
Демонесса сделала шаг вперед.
Человек в одежде купца, самый рослый и широкий в плечах, тоже попробовал перемахнуть через перила. Но его толстое, ниспадающее до пят одеяние не позволило бы ему даже перешагнуть черепаху.
С громким хрустом ассассин обвалился на булыжники мостовой, унося с собой обломки перил.
Как гласит пословица – одному гроб, остальным ступенька.
Его товарищи ринулись в образовавшийся проем, словно рабы, продолбившие насквозь гору рудника. Они приземлялись на своего товарища и были очень благодарны ему за то, что он облегчил им переговоры с серым булыжником.
Что думал при этом тот, на кого падали, осталось тайной; стоило ему поднять голову и раскрыть рот, как кто-нибудь вновь припечатывал его челюсть к мостовой.
Не прошло и секунды, как никого из наемных убийц не осталось на городской площади. Франсуаз окинула взглядом окровавленные тела, хмыкнула и вернула меч в ножны.
Когда я поднимался ей навстречу, то весь сиял.
Владелец чайханы так и не появился.
Не имело смысла оставлять деньги на столике – все равно кто-нибудь их украдет.
– Полагаю, Гильдия некромантов не будет довольна своими посланниками, – заметил я.
– Эти ребята придумают, что сочинить, – ответила девушка.
Взгляд ее холодных серых глаз переместился на Алису Шталь.
– Ладно, – произнесла демонесса. – Какого черта здесь происходит?
Алиса стояла перед ней во весь рост; и роста этого было так мало, что философиня перепугалась еще сильнее. Ее белые пальцы были сцеплены перед грудью, она не решалась ни полностью поднять лицо, ни не смотреть в глаза демонессе.
– Думаю, вам надо поговорить с моим учителем, – произнесла она. – Эти люди охотились не за мной, а за великим мудрецом Иль-Закиром.

* * *
Франсуаз пробормотала нечто о том, что слово «мудрец» происходит от некоего другого термина, также начинающегося на этот слог.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов