А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Потому что я все-таки Ночной Охотник. А это, признайте, звучит гордо. Хоть и совершенно бессмысленно. Но гордо.
Снятся ли нам сны? Или мы смотрим отрывки из чужой жизни? Живем с ними рядом. Говорим. Пьем, едим. Снят­ся ли нам сны? А может быть, мы улетаем в эти минуты в мир, где в данную минуту наше присутствие важнее. И сде­лав там что-то, оказав посильную помощь, мы возвращаем­ся обратно. Чтобы проснуться и долго лежать с закрытыми глазами, пытаясь вернуть волшебные мгновения счастья, страха, ненависти, любви. Снятся ли нам сны? Или это чей-то настойчивый кулак тыкается тебе в бок, требуя внимания.
Я еле продрал глаза и тупо уставился на девчонку, кото­рая, отвернув лицо к стене, отчаянно дубасила меня по боку.
- Достаточно стучать. Я уже проснулся. - По приезде в Академию надо пройти тесты на физическое состояние организма. Я имею в виду чрезмерную сонливость. При­грелся, размяк в безопасности. Нет здесь безопасных мест. Кругом война. Враги кругом. Все! Кажется, достаточно.
Приведя себя в порядок данной разновидностью ауто­тренинга, я обратил свое внимание на Янину.
- Что слышно, девочка?
- Там… Голоса. Нас нашли.
А я-то думал, что случилось нечто неординарное.
- Когда нас найдут, милая моя, я первый скажу тебе об этом. Нет никаких поводов для волнения. Все хорошо. Все хорошо. А ну ложись на место!
Так всегда. Пока голос не повысишь, не послушается. Совершенно неожиданно Янина свернулась клубком и заплакала.
- Ты неправильно обращаешься со мной! Я же твоя избранница! Ты должен любить меня!
Интересная постановка вопроса. Это значит, что я - Ночной Охотник, из клана Ночных Охотников, должен те­перь всю сознательную жизнь любить эту подделку? Не го­дится.
- Расскажи-ка лучше, что за ерунда у вас тут творится? Чудовища непонятные? И вообще?
Ничего толкового Янина рассказать не могла. По при­чине низкой образованности и скудности информации. Единственное, что я смог понять, это то, что до недавнего времени планета представляла собой незаселенный гума­ноидами кусок вселенной. Потом, не представляю, каким образом могло это произойти, планета в считанные месяцы была заселена. Из женского населения одни «Янины». Муж­чины как приложение. Что касается Катуков, сведения о них почерпнуты из все тех же журналов. Мол, водятся в глубинах канализаций, и все тут. Без каких бы то подроб­ностей.
Я мог воспринимать полученную информацию под лю­бым углом. Пусть чудеса. Пусть волшебство. Мне все рав­но. Я Охотник и не должен верить во всю эту чертовщину. Но раз вокруг происходят подобные вещи, то я должен при­нимать их такими, какие они есть. Но воспринимать толь­ко на основании строгих научных выкладок.
- Так нас не найдут здесь?
- Нет. - Плохим же я оказался Ночным Охотником, если бы не позаботился о безопасности. Вход в наше не­большое убежище представлял спрессованный до твердо­сти бетона кусок земли и только весьма изощренные мечта­тели могли представить, что скрывается за ним. Так что я не слишком беспокоился, ловя глухие отзвуки, доносивши­еся сверху. - Но если твои сородичи не успокоятся, нам придется посидеть подольше. Кстати, что ты там говорила о трех днях, в течение которых нас, вернее, меня, должны убить?
Янина повторила историю о зависимости благосостоя­ния жителей планеты от моей жизни.
- Ты уверена, что они тоже исчезнут?
- Женщины же исчезли.
Железная логика. Против фактов не попрешь.
- Я есть хочу, - заявила девчонка и уставилась так, словно у меня в карманах находился мини-завод по произ­водству булочек с маком.
- Потерпишь.
- А я хочу.
Вот почему я придерживаюсь мнения, что в жизни нуж­но все делать самому. Ни к кому не обращаться за помощью. Никому не помогать. А следовательно, ни о ком не заботиться. Но в конце концов я сам взвалил на себя эту ношу. Придется потрудиться.
Еще подготавливая площадку под основное убежище, я унюхал в толще земли гнездо местных землеползающих. Правда, я представления не имел, можно ли их употреблять в пищу, но выбора не существовало.
Вздохнув над своей долюшкой, я отодвинул Янину и принялся копать Тропинку по направлению к гнезду. Дев­чонка пристально наблюдала за мной и неожиданно полез­ла помогать.
- Брысь отсюда!
Как известно, для Ночного Охотника нет ничего позор­нее, когда ему оказывает помощь кто-либо из его клана в устройстве Дороги. Лучше вообще отказаться от принад­лежности к стае.
Янина не обиделась и уселась в дальнем уголке пещер­ки, поджав ноги.
Добраться до гнезда не составило особого труда. Почва достаточно мягкая, чуть влажная под бетонным щитом космопорта.
- Вот. Еда. - Я выложил перед девчонкой добычу, за­вернутую в футболку. Четыре пригоршни великолепных, сочных, свежих и толстых оранжевых гусениц.
Не то чтобы я издевался, но был уверен на сто один процент, что девчонку стошнит не сходя с места. Даже ото­двинулся подальше. Оранжевые гусеницы не слишком ка­лорийная еда даже для жителей Тверди, а уж говорить о простых людях вообще смешно.
Но вопреки всем законам развития цивилизаций, воп­реки уверенности Охотника в неприспособленность чело­вечества, Янина аккуратно подцепила двумя пальчиками одну из извивающихся особей, внимательно осмотрела про­тивное насекомое и засунула его в рот.
Я не брезглив, но меня всего передернуло, когда раздал­ся хруст перемалываемого острыми зубками Янины хитона землеползающего.
А девчонка даже не поморщилась. Следующее насеко­мое исчезло в ее рту с поразительной быстротой, и вскоре она с завидным спокойствием и с видимым удовольствием уплетала гусениц за обе щеки. Я понял, что могу остаться без завтрака, и присоединился к девчонке.
В этом есть что-то теплое. Семейное. Сидеть в темной пещерке и мирно поглощать добычу. С веселым хрустом.
Светлый период суток пролетел незаметно.
Мы немного подремали. Поговорили о жизни. Выясни­ли несколько спорных вопросов относительно друг друга. Я надеялся, что смогу выкачать у девчонки хоть что-то, что приблизит меня к цели визита. Но ничего.
- Пора выходить. - Я прижался ухом к земле и вслу­шался в звуки местной Тверди. Далекие, редкие шаги. Ти­хое громыхание цепей на том конце космопорта. Глубоко в земле шум воды. Ничего особенного и опасного.
Расковыряв утрамбованную заглушку, я еще раз прове­рил окружающую местность и, только убедившись в пол­ной безопасности, полез по расшатанным скобам на По­верхность.
Ночной воздух приятно заполнил легкие. Люблю ночь. Когда нет суеты и спешки. Яркого света и беспутного ветра.
Из колодца показалась голова Янины.
- Шевелись, девочка. Нам еще многое необходимо сде­лать.
Я не верил в спокойствие Поверхности. Пусть нет не­посредственной опасности, но меня учили, что нельзя до­верять открытому пространству. Оно непостоянно.
Избегая редких освещенных участков, мы двинулись к одной из эстакад.
Пока что не видно никого из охраны. Именно это меня и смущает. Не настолько же глупы люди, чтобы не позабо­титься об элементарном.
Подобравшись вплотную к кораблю, я знаком приказал Янине остановиться.
- Что случилось? - прошептала девчонка мне в ухо. Какое горячее, приятное дыхание.
Я прижал палец к губам. Жест, известный во всех обла­стях Коалиции. Означает - заткнись, пока не схлопотала. Девчонка поняла все правильно.
Так что же меня беспокоит? Что же?
Я постарался сконцентрироваться.
Слабые волны постороннего волнения осторожно кос­нулись сознания. Так и есть. Мы не одни. Кто-то, укрыв­шийся за конструкциями эстакады, ждет нашего появле­ния. Не просто охраняет положенный участок, а ждет.
И вот еще… Запах потных рук. Еле различимый. Скорее всего это руки, сжимающие оружие. Значит, нам еще везет, что мы не обнаружены. Хотя это дело времени.
Я наклонился и, ни слова не говоря, стал снимать с ног девушки высокие ботинки со шнурками. Она попыталась воспротивиться, но мой взгляд остановил ее попытку мол­чаливого бунта. Бетон еще скрадывал шаги, но металл вы­даст наше присутствие моментально. Поманив Янину паль­цем, я показал направление движения. Следуй за мной, де­вочка, и я приведу тебя к звездам.
Первого лоботряса я заметил, едва поднявшись на ниж­ний ярус. Парень не слишком усердно выполнял возло­женные на него обязательства. Обхватив винтовку НЦ-248 (точность стрельбы никудышная, но дырки оставляет с кулак величиной), он мирно клевал носом и пускал из рта слюни.
Проверив, нет ли поблизости еще кого-нибудь, я обез­вредил его самым элементарным способом. Отобрал вин­товку и уложил спать в более горизонтальном положении. Парень с благодарностью почмокал губами и заснул креп­ким, по моим расчетам не менее двух часов времени, сном. Все бы так просто.
Всучив винтовку Янине и знаками показав, как ей не надо пользоваться, чтобы не повредить себе, я заскользил дальше. Девчонка, старательно повторяя все мои движения, плелась следом, сгибаясь под тяжестью оружия. (Вес НЦ-248 без дополнительного боекомплекта достигает двадцати ки­лограммов.)
А дальше начались неприятности.
То ли Янина нечаянно нажала на спусковой крючок, то ли специально пульнула мимо моего виска, но после этого выстрела вокруг поднялась настоящая кутерьма.
Не знаю, откуда они все появились, но в поле зрения моментально возникло сразу шесть человек, старательно раз­глядывающих нас через прицелы.
Ночного Охотника отличает от нормальных людей уме­ние вовремя пригнуться и тем самым спасти свою никчем­ную жизнь. Схватив ничего не соображающую Янину за шею, я прижал ее к металлическому полу яруса. Сразу же вслед за этим вокруг нас в шести местах разорвало палубу, обдав лица расплавленным металлом.
Теперь быстро вперед. НЦ-248 довольно долго переза­ряжается. Целых две секунды. А за это время можно натво­рить бог знает какие дела. Что я и сделал.
Женщина во время боевых действий является смертель­ной обузой для любого агента. Это не я придумал. Параграф тридцать шестой, пункт второй. О правилах ведения боя на территории врага.
Бессовестно бросив девчонку под стволами винтовок, я быстрыми перебежками преодолел разделяющее меня и пе­редового стрелка расстояние. Одно мгновение потребова­лось, чтобы правильно оценить обстановку и принять един­ственное решение.
Короткий взмах, скользящий удар ногтем по горлу. Ши­роко открытые в ужасе глаза. Корчащееся тело валится к моим ногам. Миссия окончена.
Следующий рядом. За заправочным контейнером. Це­лится. Нажимает на курок. Выстрел. Короткий уклон в сто­рону. Мазила. Несчастный мазила. Быстрый удар с приложением в точку соприкосновения всей массы тела. Миссия окончена.
Что там с девчонкой? Ничего хорошего. Залегла за вы­ступом гасящего амортизатора и удачно пережидает мест­ный артобстрел.
Прикрыть ее выстрелом из винтовки, добежать до нее, схватить за руку и уволочь в более безопасное место. Мис­сия окончена.
Теперь вверх по ступеням. Только вперед девчонку. Ото­брать у нее тяжелое оружие. Так лучше.
На вершине лестницы появляется голова. Можно раз­глядеть щурящиеся глаза. Пока он пытается определить точ­ное местонахождение предполагаемой жертвы, поменяемся ролями. Выстрел. Короткий вскрик. Пропустить катящееся вниз по ступеням бездыханное тело с дыркой в башке. Мис­сия окончена.
Со спины раздается мерный перестук тяжелого пулеме­та. Ослепительные брызги разрывов неотвратимо настига­ют. Еще немного, и придется заказывать новые штаны. Но площадка близко. Подтолкнуть девчонку в спину, придав ей необходимое ускорение, и самому сигануть следом.
Очередь прошла над головами.
А это что за смельчаки?
Характеристика вражеских объектов. Два индивидуума человекоподобных. Вооружение - легкое оборонительное. Степень опасности - нулевая. Пьяны в стельку, еле дер­жатся на ногах.
Лишившись ножей и получив пару раз по роже, парни решили не продолжать бой и сиганули через перила вниз. Я хотел было напомнить им, что до земли по меньшей мере метров двенадцать, но ребята спрыгнули с таким видом, буд­то точно знали, что делают.
Скорее всего нам поначалу попадались парни из само­деятельных отрядов по охране важных стратегических объек­тов. Далее дело пошло хуже. На верхних ярусах службу не­сли регулярные войсковые формирования.
Послышались четко отдаваемые команды. Много команд. Но с одним смыслом. Стрелять по всему, что движется и не внушает уважения.
Наши скромные персоны уважением явно не пользова­лись. Потому что как только две макушки показались из-за обрамлений вспомогательных рангоутов, по ним открыли прицельный огонь из всех имеющихся видов оружия.
Наша атака захлебывалась. Отсиживаться за толщей ме­талла, конечно, более безопасно, нежели ломиться вперед, но только до поры до времени. В космопорте давно уже сыграла свою мелодию тревога, и по направлению к эстака­де в данное время торопится весь личный состав. Включая и добровольных охотников.
- Ну что?
Я на секунду отвлекся на девчонку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов