А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Боюсь, что они убьют его. – Он быстро огляделся и совсем другим голосом, суетливо произнес: – Ну пойдемте, ваша милость, пойдемте. Нехорошо заставлять ждать его величество.
Они молча двинулись дальше. Палар, ссутулившись, шагал впереди, а Лерой, задумавшись, шел следом. Он никак не мог взять в толк, почему король согласился на этот переезд, почему не воспользовался остатками власти и не назначил себе опекуна и, наконец, почему регентом стал именно Тантрин – самый большой жулик во всем королевстве. Лерой мог не сходя с места назвать несколько имен куда более достойных. Себя в это число он не включал.
Палар открыл перед ним дверь, поклонился и, пропустив его внутрь, торжественно объявил:
– Герцог Восбурский, ваше величество!
По рядам собравшихся вокруг постели больного докторишек пробежал ропот.
Король приподнялся на локте.
– Пошли все вон, – проговорил он, его голос был слаб, но еще сохранил оттенок власти.
Врачеватели зашумели и принялись наперебой доказывать королю абсурдность его требования, ссылаясь на то, что ему в любой момент может стать хуже, и если их не будет рядом, то…
– Палар, – голос короля нервно дрогнул, – выстави их! Останься снаружи и проследи, чтоб нам никто не мешал и не подслушивал.
Палар поклонился и принялся махать руками, словно деревенская баба, гонящая гусей на выпас. Тех, кто не слушался или мешкал, он подгонял пинками.
Пока слуга исполнял приказание, Лерой рассматривал короля. От того, каким он его помнил, не осталось и следа. Болезнь извела высокого, статного человека с властным взглядом и легкой проседью в волосах и превратила его в высохшего, дряхлого старика. Совсем седой и бледный, ввалившиеся, полузакрытые глаза, морщины, наползающие одна на другую. Некогда аккуратно подстриженная борода свалялась и превратилась в копну длинных спутанных волос. На голове волосы совсем вылезли. Густые белые брови изогнулись дугой, отображая страдания своего хозяина, а лоб прорезали вспухшие вены.
– Жалкое зрелище, – пытаясь улыбнуться, сказал король, – не спорь, я знаю. Но ничего, теперь у меня есть Палар, и он-то уж наведет порядок. – Монарх закашлялся, отхаркнул и сплюнул на пол. – Поди сюда, мальчик мой, возьми стул и сядь! У нас с тобой будет долгий разговор.
Герцог поставил стул у кровати и, сев, наклонился к королю. Вблизи монарх выглядел еще хуже: щеки впали, глаза выцвели, в носу и вокруг него засохли капельки крови.
– Как твои родители, Лерой? – спросил монарх довольно громко.
– Спасибо, здоровы. – Герцог удивленно разглядывал на глазах меняющегося короля.
– Им повезло, что у них такой сын. У меня не сын, а недоразумение. Черти бы его взяли. – Король умолк и, засмеявшись, продолжил: – Вот беда-то, черти меня раньше возьмут. Мой сынуля – недоумок. Понимаешь, Лерой, он… он, как бы это сказать… Он в свои пятнадцать может только притворяться простолюдином да толстых баб в дешевых кабаках щупать.
– Грехи молодости, ваше величество. Все мы им были подвержены.
– Да? И когда ты перестал по кабакам шляться?
– Бывает, и сейчас иногда заглядываю.
– Но это не все о моем сыне. Он… Да, впрочем, ладно. – У короля был хитрый взгляд. – Тебе зачем выслушивать наши, черт возьми, семейные проблемы? Одно скажу: если эта бестолочь не перестанет, я отрекусь от трона совсем не в его пользу.
– Но нельзя же оставлять трон Тантрину! – на мгновение потеряв самообладание, вскричал Лерой. – Это конец всему, что вы строили столько лет!
– Нельзя, – улыбаясь согласился король. – Нельзя. За этим я тебя и позвал. А с чего ты решил, что я оставлю королевство Тантрину?
– Ну он как-никак регент вашего величества, – ответил герцог, чувствуя, что угодил в ловушку. – И слухи всякие ходят, – добавил он, сожалея о своей несдержанности.
– Так-то оно так, но регентство еще не гарантия получения власти. – Король хитро улыбнулся. – К тому же у меня есть наследник, – он тихо выругался, – какой-никакой, а наследник. Прямой потомок со всеми правами на трон. – Монарх раздраженно махнул рукой. – Мне бы хотелось поговорить с тобой о многих вещах, но я быстро устаю и не могу долго вести беседу. – Король закашлялся. – Поэтому я перейду сразу к делу. Ты прав, нельзя оставлять королевство Тантрину. Он вор и украдет казну у самого себя. Но он единственный, кто находится в родстве со мной. Ты, конечно, тоже, но по закону о наследовании власти он первый. Нет, нет, – он перехватил взгляд Лероя, – я не предлагаю тебе убить его. Нет. Найдется другой, кто оспорит твое право. Ты можешь устранить и его, но найдется еще, а потом еще. И так будет до бесконечности. Нет, тут дело так просто не решишь. Я сам назову своего преемника. Тантрин позеленеет, когда узнает об этом, – хихикнул король. – Но ты с дороги, я и забыл об этом. Давай отложим разговор и поговорим о жизни вне этого гнилья. – Король обвел взглядом комнату.
Герцог последовал его примеру. Действительно, обстановка в комнате была простая, да оно и понятно: больному, умирающему много мебели ни к чему. Кровать, два стула, столько же кресел и длинная скамья у стены – больше ничего. Но стены покрывают ковры, шикарные, дорогие, цветастые, привезенные откуда-то с юга. Лерой не может позволить себе такие. А Тантрин может. Он украл столько, что эти ковры для него – тьфу! А может, он и сами ковры украл.
– Ты не знаешь, как они воняют, когда поднимается ветер, – сказал король, перехватив взгляд Лероя.
– Так как там, говоришь, твои родители? – спросил монарх после паузы.
– Здоровы, – Лерой опешил.
Он слышал о бедственном состоянии ума монарха, но не думал, что это проявляется так ярко.
– Не смотри на меня так, я еще не сошел с ума. – Бескровные губы короля растянулись в слабой улыбке. – Они, – он кивнул в сторону двери, – еще не добились своего. Но если приложат усилия, добьются. Я не знаю, с чего начать разговор. Мне хочется поговорить с кем-нибудь, кто живет вне стен этого замка. По-простому, как деревенские мужики за кружкой пива. Мне стало немного легче, и я хочу знать, чем живет мой народ. Хочу знать сплетни. – В глазах монарха мелькнул бесенок. – Расскажи мне что-нибудь. Да возьми ты кресло, вон то, у стены. Книги можешь бросить прямо на пол, все равно они никогда в них не заглядывали.
Палар принес фрукты и вино, Лерой вытянулся в кресле и с кубком в руках принялся рассказывать байки. Он выдумывал их на ходу, кое-где вставляя правду.
Он не стал говорить о том, что регент поднял налоги, умолчал о вспыхнувших волнениях среди простого люда и не вспомнил о том, что страна неумолимо раскалывалась на два противоборствующих лагеря. Одни поддерживали Тантрина, другие лорда Паарских земель, заявившего свои права на два южных города Таеры.
Он говорил о том, как, справляя свадьбы, сливались аристократические семьи. О том, как отметили семьдесят третью годовщину Берройского союза и какой пир закатил князь-регент по этому поводу. О том, каким довольным был аринский посол. И о том, кого ему удалось соблазнить на том балу. Король жадно впитывал все, что говорил Лерой, требуя подробностей, особенно о последнем. И весьма оживился, слушая о женщинах герцога. Временами он отключался и засыпал. В эти моменты Лерой переводил дух и отхлебывал из кубка. Но король не спал долго. Он закрывал глаза, пару раз шумно всхрапывал и вновь был готов слушать.
Когда поток фантазии Лероя угас и он замолчал, король, сощурившись, заглянул ему в глаза.
– А все ли ты мне говоришь? – спросил он.
– Все, ваше величество, – солгал герцог.
– Тогда почему я ничего не слышу о проблемах с Таерой? Почему ты не говоришь мне, что надвигается большая резня? Почему я не услышал от тебя ни слова о том, что происходит на юге? Почему ты молчишь об этом?
Лерой вздохнул и не ответил. Он не знал, что сказать на это. С одной стороны, король, пока он еще король, должен знать о том, что творится в королевстве, но с другой… С другой, герцог не мог взваливать на плечи больного человека все эти неприятности. Эти самые плечи столько лет несли бремя власти, а теперь едва удерживают жизнь в себе. Не мог он, не хотел осложнять их и без того трудную задачу.
– Молчишь? – произнес король. – Жалеешь меня, щадишь. А ты не молчи! Ты говори все как есть. Или ты думаешь, я ничего не знаю? Не заблуждайтесь, герцог! Я знаю. Я знаю все! Я же на лечении, а не в заточении. Я знаю, что граф Таерский не оставил наследников. Ленивая скотина, не мог одного ребятенка сделать. Все жену свою любил, не хотел, чтоб она раздулась, как бочка. – Король хихикнул.
От этого смешка Лероя передернуло. Лицо монарха в этот момент стало злобным.
– Говорил я ему, чтоб он женился во второй раз, когда ее убили, и даже жену подобрал. А он: «Нет, ваше величество, я не хочу предавать память о ней». Вот и сдох, сволочь. Все делал, чтоб жизнь нам осложнить. Ну ничего, есть у меня одна задумка, – хитро улыбнулся король, – рассказать?
– Как вам будет угодно, ваше величество, – покорно склонил голову герцог.
– Угодно, черт тебя дери, еще как угодно! Я за этим тебя и позвал.
Герцог чувствовал, что надо что-то сказать или показать свою заинтересованность, но не произнес ни звука.
– Ладно, – недовольно произнес монарх, – молчи! Я все равно тебе расскажу. Ты единственный, кто не претендует на эти земли.
«Еще бы, – подумал Лерой, – сложно мне на них претендовать. Земли мои уж очень далеко, да и в родстве я с графом не был. А то бы не упустил таких угодий».
– А так как ты не претендуешь на них, – продолжал монарх, – и точно не желаешь быть втянутым в эти дрязги, ты послужишь мне и короне. Слушай меня внимательно! – Король набрал полную грудь воздуха. – Ты знаешь, как умерла его жена? Конечно, знаешь, что я спрашиваю. Ты знаешь, что ее убили, когда она ехала к своей родне. Ты знаешь, что убийц так и не нашли, да никто и не искал. Мне было не до того, а граф, мягкий он человек, горевать бросился. И долго горевал. А когда в себя пришел, то все, на что его сил хватило, так это часовенку возвести на месте ее гибели. – Король сплюнул на пол, едва не попав в герцога. – Но вот чего ты не знаешь, – взгляд монарха стал веселым и хитрым, – так это того, что, когда ее убили, она беременна была. Месяц восьмой шел. – Король засмеялся, глядя, как герцог выпучивает глаза. – Что так смотришь? Удивлен? Ты не удивляйся. Никто этого не знал. И я не знал, но вот теперь знаю. Когда ее тело нашли, ребенка в ней уже не было. Не было и его трупа. Так что, возможно, где-то по земле бегают маленькие ножки графского наследника. – Король умолк.
– А от меня вы что хотите? – спросил Лерой, чувствуя, что во рту все пересохло.
– Как что? – округлил глаза король. – Это же ясно как день. Я хочу, чтобы ты его нашел! Его или ее, это неважно. Важно только, чтобы он был. Глядишь, тогда эти свиньи наконец угомонятся.
– Ваше величество, – Лерой откинулся на спинку, – для меня большая честь служить вам и государству, и вы знаете это. Я с огромным удовольствием засадил бы Тантрина в этот замок вместо вас. Но искать ребенка, через пятнадцать лет… Никто не поверит, что он ребенок графа.
– Поверят, – усмехнулся король. – Поверят. Еще как поверят, и пусть только попробуют не поверить. Тогда я встану с этой кровати и вздерну на дыбе всех, кто выскажет хоть тень сомнения. – На несколько мгновений перед Лероем снова возник тот король, которого боялись все соседи.
– Тогда, – герцог улыбнулся, – мы смело можем взять любого парня с улицы пятнадцати лет от роду и объявить его графским сыном.
– А вот в это, – государь улыбнулся в ответ, – никто не поверит, и прежде всего я, хотя план хорош. – Он помрачнел. – Лерой, я прошу тебя сейчас не как король, а как человек. Простой, смертельно больной человек, без сил и власти. Я прошу, не приказываю, а именно прошу – найди его. Ты ведь не откажешь умирающему в просьбе. Я просто хочу обнять его перед смертью хоть раз. Он все же родня мне, и даже более близкая, чем ты или Тантрин. Я хочу обнять его и оставить королевство в нетвердых, надеюсь пока, руках своего сынули. И я заставлю их поверить в то, во что я хочу, чтобы они верили. Как мне надоело быть королем. – Он закрыл глаза и тяжело сглотнул.
Лерой увидел капельки слез на ресницах.
– Хорошо, ваше величество, я помогу вам и сделаю все, что в моих силах, но и вы должны кое-что пообещать мне.
– И что же? – Глаза короля оживились.
– Вы должны держаться, ваше величество. И держать их. Я не знаю, как вам это удастся, но нельзя развязать бойню. Вы должны держаться и не дать этим недоумкам, корчащим умные рожи и делающим вид, что лечат вас, погубить вас. Вы можете мне это пообещать?
– Даю тебе слово, мальчик мой, что до тех пор, пока ты не предстанешь передо мной с ребенком или с вестью о его смерти, я буду жить. Конечно, если эти сволочи меня чем-нибудь не отравят.
– Не посмеют, – отозвался Лерой.
– Спасибо! – Король пожал ему руку. – Так как там, говоришь, твои родители?
– Здоровы. – Лерой закрыл глаза.
Все же разум государя уже не был тверд.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов