А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ясно, — Берхард кивнул. — И где бы ты на нашем месте встал лагерем?
— Я не смею давать такие советы, ваша светлость.
— Конечно, — согласился Берхард. — Ну и дурак же я! Ладно, мы сами найдём нужное место. Ты только главное скажи, не зальёт ли нас?
— Как пожелаете.
— Как пожелаю, — склонил голову Берхард и повернулся к остальным. — Как насчёт того, чтобы встать лагерем во-о-н там? — Он показал на склон холма.
Рыцари отправились в указанную Берхардом сторону. Их уже ждал Гермунд, как обычно что-то бормоча себе под нос.
Дьюранд трудился как вол, таская бочки с припасами и ставя палатки. Все это время он думал о частоколе, которым был обнесён замок.
Внимание Дьюранда привлекли вопли крестьян, корпевших над запрудой. Река решила довершить их труд, длившийся долгие часы, и хлынула на пастбище, где рыцари собирались разбить лагерь.
Наконец, когда все колышки и столбы были вбиты в землю, шатры поставлены, а лошади надёжно привязаны, Дьюранд присоединился к остальным членам отряда, сгрудившимся у костра. Звезды, как в зеркале, отражались в воде, ровным слоем покрывавшей поверхность пастбища.
Повара Хайэйшес жарили во дворе замка мясо, и чарующие ароматы, сочащиеся сквозь бревна частокола, сводили голодных воинов с ума.
Бейден потряс головой, будто желая избавиться от волшебного запаха, лезущего в ноздри.
— Ну и где будет турнир? — спросил он. — Кто-нибудь знает?
— Судя по всему, в реке, — ответил Берхард.
Гермунд кивнул. Казалось, он бился над какой-то загадкой:
— Остров. Как интересно.
— Что тебе интересно, скальд? — раздражённо спросил Бейден.
— Острова под водами рек. Однажды жил король. Один из аттийцев. Теперь его кости сокрыты водой.
— Не пойму, что ты лопочешь. Да и плевать, — поморщился Бейден. — Главное, чтобы ночь была ветреной и без дождя. Земля, как-никак, должна просохнуть. Если они вообще хотят, чтобы мы сражались в конном строю.
— Может, придётся биться пешими, — вздохнул Берхард.
— Главное, чтоб камней было поменьше, — скорчил рожу Оуэн. — Поцапались мы однажды с одним человеком. Крепко поцапались. Он заставил нас биться прямо во дворе замка.
Послышался недоверчивый шёпот.
— Думаете, я лгу? Да знаете, кто вы? — взвился Оуэн. — Сукины дети! Вот! Мы выстроились в ряд прямо во дворе. Мы в сёдлах, под копытами коней — булыжники, — здоровяк сунул палец в рот. — Школько я шам швоих жубов оштавил…
К сидящим у костра рыцарям присоединились Конзар и Ламорик, лицо которого все так же скрывал шлем.
— Джентльмены, — произнёс Ламорик.
— Вы так и не сняли этот шлем, ваша светлость? — спросил Оуэн.
Ламорик слегка сдвинул шлем, так, чтобы все увидели его рот, искривлённый в гримасе недовольства.
— Черт бы побрал Морина с его приглашением на пир. Что мне оставалось делать? Там почти вся семья в сборе. Добрая половина вассалов Северина присутствовала на моей свадьбе. Они же не глухие. И не надо считать их идиотами. Мой голос сразу бы узнали.
Дьюранд согласно закивал вместе со всеми.
— Барон хотел, чтобы я весь вечер просидел молчком за столом, как дурак, с этим ведром на голове, захлёбываясь слюнями, покуда весь двор его отца пялился бы на меня, объедаясь жареными цаплями и фазанами. Этот негодяй, да отвернётся от него Небесное Око, великолепно понимал, что я откажусь от его приглашения и приглашения герцога.
Сидевшим вокруг костра не оставалось ничего, кроме как кивать и прятать взоры. Возле ворот замка начались состязания борцов. Послышался глухой удар падения и радостные крики зевак.
— Ну что ж, — сказал Ламорик. — Так или иначе, вскоре все будет позади, — он снова плотно надвинул на голову шлем и направился в сторону шатров.
— Доброй вам ночи, джентльмены, — сказал, поднимаясь на ноги, Конзар, отправляясь вслед за молодым лордом.
— Ну-у-у… — протянул Берхард. — Можете обозвать меня простачком, только я все равно ничего не понимаю.
— Милорд должен скрывать своё лицо, — вздохнул Оуэн. — Здесь полно незнакомцев, есть и те, кто его знают. Может, после того как совсем стемнеет…
— Владыка Небесный, — перебил Берхард, — я говорю не про Хайэйшес, а вообще про всю эту затею с Красным Рыцарем. К чему милорду скрывать своё имя?
Оуэн, пропустив вопрос одноглазого рыцаря мимо ушей, принялся сосредоточенно ковыряться в зубах.
— И что произошло между Морином и Ламориком? — не отступал Берхард.
— Неужели? Не может быть! — неожиданно отозвался Гермунд, погруженный в собственные мысли.
— Давай, ты все расскажешь, а потом мы вместе решим, — предложил Берхард скальду.
— Ну ладно, — вздохнул скальд, — Гирет и Монервей. Два герцогства, верные короне. У Северина — дочь, у Абраваналя — сын. Вот вам и готов союз. Ламорик человек весёлый, его чаще видят в трактирах, чем в храмах или при дворах герцогов.
— Он славный малый, — осклабился Бейден.
Гермунд взмахнул рукой, словно муху отгонял.
— Обоим герцогам был нужен союз. Стояла весна, распускались цветы. И вот герцог Абраваналь… — скальд замолчал, подняв взгляд к небесам.
Собравшиеся вокруг костра, затаив дыхание, внимали скальду. Гермунд принялся ковыряться в ухе.
— Скальд! — рявкнул Берхард, и Гермунд вернулся к прерванному рассказу.
— Ну так вот. Абраваналь бросает клич, вызывает к себе сына, и они всей компанией отправляются в Монервей на венчание, которое должно было состояться в Святилище Эвенсенда. И пока слуги наводили лоск, начищая серебряную посуду и усыпая цветами Святилище, пришли дурные вести.
— Бороджин? — рискнул предположить Берхард.
— Безумец Бороджин поднял мятеж в Гейтане.
— О чем я и говорю, — сварливо заметил Берхард, но Гермунд, не обратив на него внимания, продолжил. — Князь Гейтаны и его сыновья присоединились к восстанию. Король Рагнал объявил о созыве войска. Каждый из герцогов Древнего Эрреста должен был привести свою дружину.
— Ну… — подбодрил скальда Берхард.
— Герцог Абраваналь был болен и не смог отправиться на войну. К тому же он решил, что старший сын должен остаться подле него, поэтому дружину Гирета он вверил Ламорику. Большая честь.
— Так, а что со свадьбой? — спросил одноглазый рыцарь.
— Гонцы с вестью о войне поскакали через Монервей и Ирлак, барабаня в ворота замка каждого барона Гирета. А как же свадьба? Со свадьбой все прекрасно. Устроили небольшую пирушку. Жених, невеста и их семьи. На носу венчание и война, поэтому у всех на душе скребут кошки. После пирушки все разбрелись по кроватям.
— Душераздирающая история, скальд, — зевнул Берхард.
— Ага. Одним словом, все пошли спать. Все, кроме Ламорика. Думаю пара дружков уломали его отправиться повеселиться в город. Чем они занимались в городе, покрыто мраком тайны.
Некоторые из воинов усмехнулись. В любом большом городе найдётся достаточно трактиров и борделей, и света, который горит в них, вполне хватит, чтобы развеять мрак подобных тайн.
— Единственное, что мне известно, — продолжил скальд, — на следующее утро в Святилище приключилась беда. Милорд не явился на заутреннюю, и тогда старшего брата отправили его искать.
— Надеюсь, Ламорику повезло с тёщей и тестем больше, чем мне, — покачал головой Берхард.
— Думаю, Гутред смог бы больше рассказать, — произнёс скальд. — Одним словом, закончилось все печально. Представьте картину: в храме сидит невеста с роднёй и доброй половиной жителей Эвенсенда, и тут появляется Ламорик. Братец все-таки отыскал его. Им даже почти удалось отчистить камзол жениха от соломы. После этого Абраваналь перепоручил дружину Гирета одному из баронов… кажется Сванскину.
— Воздаяние, — задумчиво промолвил Берхард.
Дьюранд задрал голову. В высоте манящим светом мерцали окна замка Хайэйшес, в котором собрались все знатные люди Монервея.
— Целое лето бился на турнирах, — продолжил Берхард. — И теперь он здесь. На него будет смотреть вся родня невесты. Интересно как…
— Погоди, — поднял руку Оуэн. — Милорд лично меня нанял, чтобы провернуть следующую штуку. Мы сражаемся на турнирах, чтобы добиться права состязаться на ристалище в Тернгире пред очами Его Величества и всех баронов. Они думают, что хорошо знают милорда. Его герб был в турнирных списках ещё с того дня, когда он сумел выговорить первое слово, — здоровяк решил не упоминать о том, что Ламорик пользовался славой транжиры и бездельника. — Мы станем героями, и когда разнесём в прах всех сукиных сынов, которые осмелятся бросить нам вызов, и Красного Рыцаря объявят лучшим из лучших и победителем — все взгляды будут устремлены на него. Представляете, сам государь сидит и ломает голову: чьё же лицо скрывает забрало. И тогда Ламорик снимет шлем и все увидят, кто он на самом деле, — Оуэн толкнул Берхарда локтем в бок и оскалился, сверкнув золотыми зубами. — На такую шутку никто не отваживался уже добрую сотню лет. Его светлость будет награждён по достоинству. Ну и мы вместе с ним. Всю оставшуюся жизнь будем купаться в золоте.
— А вместо этого мы сидим здесь на лугу и подыхаем от голода, — презрительно усмехнулся Бейден.
— Лучше уж на лугу, чем в воде, — пожал плечами Берхард.
Гермунд снова качал головой и что-то бубнил.
— Интересно, что было потом. После того как братец притащил Ламорика в храм, — принялся размышлять вслух Берхард. — Кое-что я бы смог выбить из Гутреда…
И тут в свет, отбрасываемый костром, ступил старый оруженосец, словно услышал, что речь зашла о нем.
— Если вы закончили мудрствовать, у меня для вас новости. Конзар смилостивился и приказал передать, что если среди вас найдутся желающие, они могут отправиться в замок на пир.
Люди заулыбались, выпрямляя спины. Дьюранд начал вставать, радуясь возможности попасть внутрь крепости.
— Все, у кого хватит совести бросить ближних своих на пронизывающем ветру, могут отправляться на пир прямо сейчас, — Гутред расплылся в улыбке.
Бейден вскочил на ноги, прежде чем Берхард успел ухватиться за край его плаща.
— Что за бессердечность, Гутред! — воскликнул Берхард. — Это жестоко!
Гутред скорчил одноглазому рыцарю рожу и пошёл прочь.
В надвигающейся темноте Дьюранд заметил, что Гермунд, не отрываясь, смотрит на него. Дьюранд отвёл взгляд в сторону.
На долину уже давно опустились сумерки, но чарующие благоухания, сочившиеся из-за стен замка, казалось, заполнили собой все мироздание. В воздухе висел сводящий с ума аромат жаренной оленины, свинины и баранины.
Дьюранду запах напоминал лишь о Дорвен, сидевшей вне досягаемости за столом в трапезной. В который раз он обвёл взглядом деревянные стены замка.
— Владыка Небесный, что они там делают? — полюбопытствовал Берхард.
— Кровавая Луна, — покачав головой, невпопад ответил Гермунд.
— Ладно, — кивнул одноглазый рыцарь. — Я и сам знаю. Они солят дичь, насаживают её на вертел… они тушат и жарят все, чем будут объедаться долгими зимними вечерами.
— Владыка Небесный, — простонал Бейден.
Лица многих рыцарей были мрачнее туч, погружаясь в невесёлые мысли о том, что их ждёт зимой. Если задумка Ламорика пойдёт прахом, скорее всего они все окажутся на дороге среди стужи.
— А ещё у них пиво, сидр…
Дьюранд резко встал. Остальные могут говорить о еде, славе, смерти и чести, сколько вздумается, но лично он не мог выкинуть из головы мысли о Дорвен. Неужели он чем-то её обидел? Может, она его стыдилась? К чему сомнения — они глупы, а пустые волнения не доведут до добра. Он должен найти её и обо всем поговорить. Если он спросит её, она обязательно все расскажет.
— Ну вот, Берхард, одного ты кажется уже довёл, — сказал кто-то из воинов, кинув взгляд на Дьюранда.
Дьюранд не ответил. Он уверенно направился к замку, обойдя кругом площадку у самых ворот, на которой шли состязания по борьбе. Он не возьмёт в рот ни крошки. Ему нужно в замок, потому что там — Дорвен. Через ров, окружавший крепость, был переброшен подъёмный мост.
Стоило Дьюранду ступить на доски моста, как из ворот вылетела стайка слуг и пажей. Дьюранд глянул в ров — до земли было целых пять фатомов, и резким движением поймал одного из пажей за рукав.
— Послушай, — осторожно начал Дьюранд, — я хочу тебя кое о чем спросить. Ты не знаешь, где я могу найти леди Бертрану?
— Чего? — выдавил из себя юноша, сжимавший в руках огромное блюдо с пирогами.
Дьюранд пояснил:
— Женщина. Приехала с нами. С Красным Рыцарем. Ей за сорок. Невысокая. С ней была фрейлина и телохранитель, — он пытался перечислять приметы, которые паж мог запомнить. — У телохранителя есть большой боевой топор.
— Нет, сэр, я их не видел. Я бы запомнил, сэр. Мы готовили гостям покои. Я там был.
И Дьюранд замер в изумлении. Если паж говорил правду, Бертраны в замке не было. Отчего же она отвергла приглашение герцога?
Дьюранд осмотрелся по сторонам, окинув взглядом погруженные в сумрак поля. Когда они разбивали лагерь, быть может, он лично, сам того не зная, помогал ставить шатёр леди Бертраны.
— Спасибо, паренёк, — Дьюранд отпустил рукав пажа, но тут ему в ноздри ударил запах разложенных на блюде пирогов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов