А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Хорошая игра, князь, — улыбнулся Вэл. — По старой памяти я ставлю еще тысячу… если вы не боитесь.
Павел в явном раздражении уставился на него.
— Что вы хотите сказать?
Он отсчитал от лежащей на столе пачки банкнот тысячу долларов и пододвинул их на середину стола.
Вэл взглянул на него.
— Хотите еще немного поднять? У вас осталось шестьсот Или семьсот долларов.
Павел не сводил с него глаз.
— Ладно, если хотите проиграться — пожалуйста.
Он бросил в банк все лежащие перед ним деньги и раскрыл карты: три туза и два короля.
Вэл неторопливо выложил на стол четыре девятки и потянулся к банку.
Павел с покрасневшим лицом смотрел, как противник собирает деньги.
— С меня достаточно. — Он вскочил на ноги.
Вэл остался на месте.
— Вы не умеете проигрывать, князь. Да и никогда не умели. — Он положил пачку банкнот во внутренний карман, а монеты ссыпал в мешочек. — Думаю, вам лучше сейчас сесть на поезд и вернуться в Нью-Йорк, а оттуда в Европу, и радоваться, что остались живы.
— Не понимаю, что вам нужно! — воскликнул Павел. — Вы хотите затеять со мной ссору?
— Вы не тот человек, с которым затевают ссоры. Вы ведь не деретесь сами, а нанимаете убийц.
Вокруг них собрались люди.
Лицо Павла побелело.
— Это ложь!
— За такие слова я могу вас убить, — отчеканил Вэл, — но не хочу. По-моему, вы будете больше страдать, оставшись в живых. — Он отодвинул стул и встал. — Присутствующие джентльмены заслуживают объяснения, — продолжил он. — Князь не помнит меня. В то время я был ребенком.
Спокойно и неторопливо Вэл рассказал всю историю с начала до конца: и о попытке высечь Рейли, и о побеге через горы, и, наконец, о подлом убийстве Уилла.
— Трое подонков стреляли из ружей в ничего не подозревавшего человека. Мне следовало бы убить его, но я знаю, что, отобрав у него деньги, причиню ему больше горя. Джентльмены, — обратился Даррант к представителям железнодорожных компаний, — понимаю, что вы ждете, когда мы начнем переговоры. Рано утром я срочно отправляюсь в Дюранго. Если хотите, встречусь с вами там.
Все вышли, не замечая Павла. Он несколько минут стоял с посеревшим лицом. Затем тоже покинул зал и направился в номер.
Какого же дурака он свалял! Мог же догадаться, что проиграет этому… этому…
Он споткнулся, поднимаясь по лестнице. У него осталось шесть долларов и несколько рублей.
Майры не было, и он направился в комнату Луизы. Она оказалась заперта, но проходившая мимо горничная остановилась.
— Леди, которая занимала номер, уехала с час назад. То ли в Эмпайр, то ли в Джорджтаун.
Луиза уехала? Он не мог поверить, но портье подтвердил слова горничной.
Ему ничего не оставалось, как ждать Майру. Через несколько минут в холл вошел Мастере и, отвернувшись, прошел мимо него. Павел выругался, но остался на месте. Надо немедленно убираться из этого города. Возвращаться обратно на Восток. Он долго ходил взад-вперед, потом вышел на улицу. Если только Майра… Но тут до него дошло, если Майра узнает о случившемся, он станет ей не нужен. Срочно телеграфировать, чтобы выслали деньги… кому? Он должен всем, кого знал.
Шайенн Доусон сидел за своим обычным столиком, когда в салун вошел Генри Зонненберг.
— Привет, Генри. Присаживайся!
Зонненберг прошел через зал и упал в кресло.
— Где бармен?
— Я его отпустил. Сегодня дела идут неважно. Вот… — Доусон подтолкнул к нему бутылку. — Это виски лучше, чем в баре. — Когда Зонненберг налил, Доусон снова заговорил: — Хэнк, ты знаешь, я в курсе здешних новостей. В городе кое-что происходит. Есть идея, как нам с тобой заработать деньжонок.
— У меня поручение.
— Слушай, ты получаешь работу через меня. Не пора ли тебе поделиться?
Зонненберг сухо рассмеялся:
— Надо подумать. Вообще-то, на мне два дела, одно здесь, в городе, другое в Дюранго. — Он отпил виски. — Работа в Дюранго мне по душе. Я еду за скальпом Вэла Дарранта.
Доусон медленно выпрямился. Вэл Даррант жил в том же отеле, что и Майра Фоссетт, именно ему принадлежала земля, за которой охотились железнодорожные компании.
— Это не тот, который уложил Хардести?
— Угу, а потом Пайка. Не думал я, что этот сопляк справится со стариной Терстоном.
Шайенн водил стаканом по влажному столику, он почти не слушал Генри Зонненберга.
— Знаешь, — повторил он, — а мы с тобой можем неплохо заработать. Не какую-нибудь пару долларов — настоящие деньги, но действовать нужно быстро.
— Я же говорил, что у меня дело в городе.
— В городе? — Шайенн взглянул на него. — Кого надо убрать, Хэнк?
Генри Зонненберг вытер усы. Он вдруг улыбнулся, при этом глаза его превратились в щелочки.
— Мне дали пять тысяч за голову Дарранта и тысячу за другую работу.
— Кто второй? Мне-то ты можешь сказать.
Генри ухмыльнулся:
— Конечно, могу, Шайенн. Ты.
Доусон непонимающе уставился на Зонненберга. Постепенно до него дошел смысл сказанного, но он все еще не верил, неужели такое случится с ним, с Шайенном Доусоном!
— Ты шутишь, — прошептал он. — Это не смешно.
— Та женщина дала мне тысячу долларов за твою дурацкую башку. Я и не предполагал, что подобный пустяк так дорого стоит. Она хочет, чтобы ты стал трупом, Шайенн. Сегодня же. Я взял деньги.
— Чепуха! Вспомни, сколько мы с тобой заработали, Генри!
— После того, как я выполню задание, — хмыкнул Зонненберг. — Я же взял деньги. Этот Вэл, говорят, отлично стреляет из револьвера. С ним мне будет трудно, а с тобой нет. Похоже, ты сунул нос не в свое дело, Шайенн. Задавал слишком много вопросов.
— Слушай, Генри, я предлагаю тебе настоящие деньги. Забудь про тысячу и давай работать вместе. Ты сделаешь в два раза…
Выстрел прозвучал под столом приглушенно, но достаточно громко. Шайенн почувствовал удар в живот и, сползая с кресла, пытался уцепиться за стол. Какой-то момент он стоял на коленях, держась пальцами за край стола и глядя на Генри, который взял бутылку, сделал большой глоток и встал. Потом Шайенн соскользнул на пол.
Генри Зонненберг тронул его носком сапога, и, прихватив бутылку, вышел через заднюю дверь в переулок, миновал конюшню и очутился на другой стороне улицы, где его ждала лошадь.
Через двадцать минут он скакал на восток.
Глава 27
Городок Дюранго засыпал только под убаюкивающий грохот револьверных выстрелов. Ему было не более двух лет, и он до сих пор праздновал свое рождение. Пышное открытие отеля «Вест-Энд» пришлось отложить, поскольку его вдребезги расстреляли во время стычки местной банды Стоктона с бандой Симмонса из Фармингтона, штат Нью-Мексико, которые давно вели между собой кровавую войну. Отель «Вест-Энд» не имел отношения к жестокой распре, по непредвиденному стечению обстоятельств он оказался местом очередной перестрелки.
В Дюранго стреляли все: некоторые от переизбытка чувств, другие — с намерением убить, последние часто промахивались, и страдали от этого зеваки, прохожие и даже домоседы.
Даррант въехал в город по тропе, ведущей от Пагос-Спрингс. Он нарочно выбрал самую длинную и безлюдную дорогу из Денвера, поскольку не без оснований полагал, что где-то его поджидает Генри Зонненберг или кто-то вроде него.
Дьюб догнал его в тридцати милях от Денвера, а Бостон отправилась на дилижансе.
Вэл ехал на мышастом с черной спиной жеребце, Дьюб Баклин — на сером в яблоках. В конюшне они оставили лошадей и, прихватив винчестеры, зашагали по улице к отелю «Вест-Энд».
У дверей их встретила Бостон.
— Вэл, тебя ждет человек, назвавшийся Кейтсом. Он говорит, что вы с ним знакомы, у него какая-то коробка.
— Спасибо.
Он постоял перед отелем, окинув улицу цепким взглядом. Никого, похожего на Зонненберга. А с его людьми, метисом Пагосой и Маркусом Кайли, встречаться не приходилось. Но Том — Тома, наверное, знает. Из детских лет всплыл образ высокого, худого, странного человека, от которого плохо пахло, потому что он почти не мылся. Как говорил Уилл Рейли, никто не мог предсказать, что выкинет Том в следующий момент. Это следовало иметь в виду.
Он так и сказал Дьюбу.
— Не волнуйся, — ответил Дьюб. — В городе Тенслип. Он ехал за дилижансом Бостон, вроде как присматривая за ней. Если она узнает, закатит истерику — убеждена, что способна сама о себе позаботиться. Это, конечно, правда, но предосторожность никогда не помешает. Тенслип знает бандитов в лицо, а с Томом даже входил в одну банду.
— Я тоже помню его. Между прочим, он знал моих деда и бабку со стороны Майры, жил в том же городе и утверждал, что они хорошие люди.
Погода стояла прохладная. Вдалеке, над горой Анимас клубились грозовые облака.
Из окна гостиничного холла Вэл снова осмотрел улицу. Какой-то мужчина, куривший сидя на краю деревянного тротуара, поднялся и направился в салун.
Услышав, как хлопнула дверь, они обернулись, в отель через черный ход вошел Тенслип. Только сейчас Вэл неожиданно для себя осознал, что Тенслип уже старик. Он никогда этого не замечал, потому что привык думать, что его друг, преступник, ковбой и ганфайтер, не меняется.
— Они здесь, Вэл. Не думаю, что меня заметили, но я видел всех. А вооружены так, словно готовятся идти на медведя. У Пагосы — бизонья винтовка, у Кайли — двустволка.
— Спасибо. Не вмешивайся в нашу разборку, Тенслип.
— Ты что, шутишь? Это моя драка в той же степени, что и твоя. У меня свои счеты с Зонненбергом, и ему известно.
— Как насчет Тома?
Тенслип пожал плечами.
— Он ведь с ними?
В холл вошел Иган Кейтс.
— Вэл, нам надо поговорить. У меня…
— Знаю…
— Не только ты, все знают. За последние двадцать четыре часа мне уже двое предлагали за коробку приличную сумму наличными. Мастере хочет купить документы, потому что с их помощью он сможет контролировать Майру. Она тоже желает ее приобрести. И Бог знает кто еще.
— Где коробка?
— В моем номере под кроватью. От нее у меня бессонница.
— Я ее заберу. Тенслип, поднимись с Кейтсом, отнеси ее в мой номер и никуда из него не отлучайся, слышишь?
— Из-за нее я пропущу драку, — запротестовал старик.
— Нет. Посторожи, пока тебя не сменит Бостон. Она позаботится о документах.
Дьюб прислонился к дверному косяку, наблюдая за улицей.
— Пока все спокойно. Днем даже здесь не стреляют. В этом городе народ появляется только в субботу вечером.
— Твой каньон — на выезде из города, — заметил Кейтс, — если хочешь, можешь на него взглянуть.
— Я его продам, — отказался Вэл. Он чувствовал холодок внутри и был напряжен. Разговаривать ему не хотелось. Хорошо, что Бостон рядом.
Они прошли в ресторан.
— У нас почти ничего нет. Хозяева хотят закрыть ресторан. — Официантка чувствовала себя не очень удобно.
— Принесите что-нибудь, — попросил Вэл. Он не испытывал голода, надо было чем-то занять время.
— Тебе лучше не есть, — внимательно посмотрел на него Кейтс. — Если ранят в живот, будет только хуже.
Но они перекусили, и пока Вэл пил кофе, напряжение стало ослабевать, он почти успокоился.
— Бостон, — попросил он, — поднимись, пожалуйста, в мой или свой номер, и не выпускай из виду коробку с документами.
— Это так важно?
— Для меня нет, но очень важно для нее. Если содержание документов станет известным, все, чего она добилась, рухнет в одночасье.
— А как насчет тебя? И ее родителей? — спросила Бостон. — Они наверняка считают ее погибшей. Если узнают о ее художествах, что с ними будет? Оставь все как есть, Вэл.
— Мне от нее ничего не нужно. Единственное, что она могла мне дать, — тепло и ласку, но тут она нищая.
На пустынной улице стоял темноволосый всадник, который, вероятно, плохо себя чувствовал. Он только что вышел из салуна и сейчас привалился к лошади, оперевшись головой о седло и держась рукой за луку.
Все собравшиеся в номере Вэла сидели молча. Даже было слышно, как стоящие в холле большие стенные часы отстукивали время. Наконец Вэл встал.
— Не люблю ждать, — произнес он. — Я пойду к ним.
— Ты рискуешь, — пытался остановить его Дьюб. — Тебя могут пристрелить, когда ты появишься на улице.
— Вряд ли. По-моему, Генри хочет сам расправиться со мной.
— Даже если так, то ты здесь в большей безопасности, — поддержал Дьюба Кейтс. — Пусть они придут к тебе.
Выехав из Денвера, Вэл снова стал носить кобуру. Он поправил ее и опустил ладонь на рукоятку револьвера.
— Сделайте мне одолжение, Кейтс, присматривайте за Бостон и за коробкой.
— Хорошо.
Кейтс заколебался, хотел что-то сказать, но промолчал и вышел.
— Итак, — констатировал Дьюб, — нас трое, их четверо… насколько мы знаем.
— Зонненберг, — заметил Тенслип, — стоит десятерых. Я видел, как он работает.
Человека, который чувствовал себя не в своей тарелке, больше не было видно, его лошадь повернулась боком к отелю и как бы прикрыла хозяина.
Сколько лет исполнилось Вэлу, когда Уилл рассказал ему об этой уловке? Если он выйдет из отеля, на него через седло глянет дуло винтовки.
— Мне нужен Зонненберг, — твердо заявил Вэл. — Что произойдет с остальными, все равно.
Над спиной лошади возникло дуло винтовки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов