А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А когда армии, предназначенные для войны — причем в данном случае не для войны против внешнего врага, а для междоусобной войны, войны каждого лорда против всех его соседей, — потребовали привлечения всех возможных ресурсов, никто и не думал о том, чтобы сохранять какие-то перспективы на будущее. А естественным резервуаром ресурсов для Вамфири всегда была плоть и кровь Странников!
За одну-единственную ужасную и безумную ночь — за один отрезок времени между закатом и восходом солнца, то есть всего за сорок часов — племя Горгана уменьшилось в десяток раз. К ним явились Вамфири: первым пришел Шайтис, потребовавший и получивший обычную дань. Затем явился Леек Проглот и, наконец, Ласкула Длиннозубый. Могли бы прийти и другие — Белаф, Вольш и еще кто-нибудь — только к этому времени было уже нечего брать. Вернее, если бы они все-таки пришли, то не нашли бы и остатков племени Горгана в тех щелях, где они давно, привыкли прятаться. Дело в том, что, явившись после Шайтиса, лорды Леек и Ласкула попросту полностью истребили Совет Старейшин и сняли нужный им урожай с самого племени! И лишь горстке людей примерно из пятидесяти стариков и сотни детей удалось скрыться в убежищах, где их не смогли найти вампиры. Это очень немного — на землях, где людей из племени Горгана все ненавидели! С этого времени племя перестало существовать, а юный Горган поклялся никогда не верить ни в какие соглашения с коварными Вамфири. Лардис, став вождем, придерживался той же позиции: пусть другие вожди племен поступают так, как считают нужным, пусть они идут своей дорогой и пусть им сопутствует удача, но его люди никогда не подчинятся Вамфири и никогда не станут охотиться на своих братьев и сестер Странников ради сомнительных личных благ и ради процветания злобных и бесчеловечных обитателей Темной стороны.
До сих пор убеждения Лардиса давали прекрасные плоды.
И по сию пору существовали племена, проводившие ту или иную политику умиротворения, откупаясь от Вамфири либо захваченными в плен, принадлежащими к другим племенам, либо жертвуя членами собственного кочевого сообщества. К таким Странникам, смирившимся или примирившимся со своим существованием, относились в основном крупные, насчитывающие более тысячи человек восточные племена. Сам размер этих племен защищал их от возможных акций возмездия со стороны групп, к которым принадлежали их жертвы, и (или) позволял им так или иначе поставлять дань, внешне никак не ослабляя силу племени.
Кочевали они к востоку от ущелья, потому что там была более добычливая охота и в этом смысле было легче прожить. Лардис знал об этом и водил своих людей к западу от ущелья — здесь было потруднее прокормиться, но в то же время жилось гораздо безопасней. Когда наступал рассвет, он высылал дозорных к южному краю ущелья, чтобы заранее знать о Странниках, двигающихся на запад, и получать отчеты об их количестве, намерениях, о предполагаемом маршруте и потенциальных опасностях, которые могли за этим крыться.
Лардис не вел каких-то регулярных войн со Странниками, которые отправлялись на поиски выкупа для Вамфири, а попросту предпочитал заранее уйти с их пути. Однако на тот случай, если кто-то решит напасть на них, он заранее предпринимал все меры предосторожности. Его люди — даже многие из молодых женщин — были умелыми бойцами. Они могли устроить засаду, ловушку, владели приемами рукопашного боя и всеми доступными им видами оружия. В тех немногих случаях, когда пришельцы предпринимали попытки напасть на его племя, они несли серьезный урон. Так что, за те пять лет, в течение которых Лардис был вождем, вокруг него сложилась легенда, что это человек, с которым шутки плохи. Он был склонен ради блага племени принимать в него небольшие группы посторонних, но ни в коем случае не собирался сливаться с более крупными объединениями. В общем, он действовал под лозунгом: безопаснее всего тому, кто среднего размера. Нужно быть не слишком большим, чтобы не привлекать внимание Вамфири, и быть достаточно мобильным, чтобы запутать их; нужно быть достаточно большим племенем, чтобы те, кто собирается искать жертв для выкупа вампирам, трижды подумали, прежде чем напасть. До сих пор, во всяком случае, ему удавалось сохранять в равновесии обе части этого непростого уравнения.
Однако скептицизм Лардиса (если не презрение) относительно превосходства Вамфири, его отвращение к самой мысли о возможности каких-либо сделок с ними были не единственными причинами его успеха.
О да, он достаточно хорошо знал чисто физическое и тактическое превосходство лордов вампиров — их силу и жестокость, наводящие ужас качества их боевых животных, бесшумность, скорость и эффективность их шпионов — огромных летучих мышей — он знал, помимо того, их слабости и умел пользоваться ими.
Вамфири могли проводить свои налеты только по ночам, обычно в промежутке между непрекращающимися междоусобными войнами (или в самом начале одной из таких войн) — для поддержания боевых действий или для восполнения потерь — и они обязательно заканчивали эти налеты до того, как рассветет. Они вообще не любили проводить слишком много времени на Светлой стороне, потому что никогда не были полностью уверены в том, что пока они здесь, на их владения не нападут враги-соседи и по возвращении окажется, что законному хозяину некуда возвращаться, поскольку замок его уже оккупирован. Лардис знал и то, что Вамфири редко устраивают рейды к западу от ущелья: большинство племен, а в особенности те, что добровольно сотрудничали с Вамфири, кочевали на востоке. Так зачем им нужно было тратить время, выискивая добычу на западе, если ее было сколько угодно на востоке? Дело в том, что, несмотря на всю свою непомерную гордыню и грубость, Вамфири были весьма склонны к лени. Если они не воевали друг с другом, не устраивали рейды — значит, они обдумывали планы будущей войны, развлекались или спали! И это тоже было их слабостью. Сам Лардис Лидешци по большей части обходился без сна. По ночам он отдыхал, устраивая себе частые, но не слишком обильные угощения.
Еще одна слабость Вамфири состояла в следующем: хотя их действительно было трудно убить, но это было возможно, и они погибали на самом деле, причем Лардис знал, как это делается. Однако смерть смерти рознь. Гордыня вампиров давала им возможность представить себе смерть от рук другого вампира, сколь бы ни была такая возможность нежелательной. Но от рук какого-то жалкого Странника? Никогда! Какая может быть в этом слава? Кто это впишет в историю? Что это за способ уйти из жизни? Лардис еще не убил ни одного настоящего лорда, но дважды ему удалось разделаться с кандидатами на эту высшую степень отличия вампиров. Они были сыновьями и телохранителями Леска Проглота, который надумал выступить против Лардиса всего за час до восхода солнца, когда он должен был по неосторожности появиться из своей пещеры-убежища; другое дело, что Лардис не знал значения слова “неосторожность”.
Вбить в вампира кол, обезглавить и сжечь его труп... Он будет мертв. Но Лардис решил, что смерть сыновей Леска должна послужить предупреждением для других. Они были прибиты к земле колами, а потом их настигло солнце, и под пронзительные вопли они долго испарялись под его лучами. Ну да, пусть другие вожди Странников жалуются на сложности борьбы с вампирами — но только не Лардис. Вамфири узнали его имя и, возможно, даже стали уважать его. Имея продолжительность жизни, измеряемую веками, то есть обладая почти бессмертием, было, в общем-то, неразумно специально искать себе неприятностей в столкновениях с такими, как Лардис, который мог — и доказал это на деле — очень быстро и жестоко превратить эту жизнь в ничто!
Кроме того, существовал страх Вамфири перед серебром — металлом для их организма ядовитым, действующим на них так, как свинец действует на человека. Лардис нашел небольшие залежи этого редкого металла у подножия западных холмов, и теперь наконечники стрел воинов его племени были серебряными. Вдобавок к этому, все оружие регулярно смазывалось соком чесночного корня, запах которого вызывал частичный паралич у любого из вампиров, а кроме того, безудержную рвоту и общее расстройство нервной системы, которое длилось в течение многих дней. Если смазанное этим соком лезвие рассекало плоть вампира, инфицированный орган приходилось удалять и ждать, пока отрастет новый.
Всего этого, вместе взятого, было немного, и ничто из этого не являлось тайной или секретом, который был известен только племени Лардиса — в общем-то, все Странники это превосходно знали — но только Лардис решался использовать эти средства для защиты своих людей. Вамфири запретили всем Странникам пользоваться бронзовыми зеркалами, серебром и чесночным корнем под страхом жутких пыток, которые кончатся смертью; Лардиса это ничуть не беспокоило. Он уже давно был меченым человеком, а умирает человек лишь однажды...
Итак, перечисленные факторы оказывали влияние на то, как Лардис управлял своим племенем и делал все, что мог, для того, чтобы обеспечить им безопасную жизнь к западу от горного ущелья. Существовал, однако, еще один элемент, который никак не зависел от Лардиса и, тем не менее, работал на него, подтверждая правильность мер, продиктованных здравым смыслом. Дело было в следующем: будто бы где-то среди пиков западных гор, в небольшой плодородной долине жил кто-то, кого Вамфири боялись и называли Обитающий В Саду На Западе. Легенда об Обитателе была основной причиной последнего путешествия Лардиса. Считалось, что он ищет новые пути кочевья и новые районы укрытия для своего племени (и действительно, он нашел несколько подходящих мест), но на самом деле он пытался обнаружить этого самого Обитателя. Он рассуждал так: то, что плохо для Вамфири, обязательно должно быть хорошо для племени Лардиса. Кроме того, уже несколько лет распространялись слухи о том, что Обитатель якобы предлагает убежище всякому, у кого хватит смелости попросить об этом. Для самого Лардиса убежище не было желанной целью, хотя, конечно, было бы прекрасно найти безопасное постоянное место для проживания племени. Но если у Обитателя было достаточно сил, чтобы побеждать Вамфири... это уже само по себе было достаточной причиной отправиться на его поиски. Лардис мог бы многому научиться у него и, получив новые знания, с новыми силами вступать в борьбу со своими врагами-вампирами.
Он искал его — и нашел!
Теперь, вернувшись из путешествия и едва-едва успев спасти уроженцев Адских Краев — Зекинту, которую предал Арлек, и этого новенького, о чьих боевых способностях балбесы Арлека отзывались с почтением и восхищением. Говорили, что в схватке один на один, без вмешательства приспешников, у Арлека не было бы ни единого шанса в бою против Джаза. Ну что ж, если Лардис Лидешци что-то по-настоящему, и любил, так это хороший честный бой. Или даже хороший нечестный бой!
Лардис заметил, как они выходят из устья каньона, и пошел им навстречу. Он обнял Зек своими огромными ручищами и поцеловал ее в правое ухо.
— Пусть обрушатся эти горы, — приветствовал он ее. — Я рад, что ты в безопасности, Зекинта.
— Это произошло в последний момент, — ответила она, тяжело дыша. — И только благодаря ему, — и кивнула в сторону Джаза.
Джаз улыбнулся. Почувствовав теперь, как устал, он сбросил с себя свое снаряжение, пригибающее его, казалось, прямо к земле, а потом осмотрелся. В тени утесов туда-сюда сновали люди и волки, и топот их шагов и тихие переговоры нормально и приятно звучали для ушей Джаза. Однако в центре груды камней, лежащих у западной стены, горел огромный костер, выбрасывающий в небо черный дым, который при полном безветрии возносился вверх практически вертикальной колонной. Видимо, это был погребальный костер Арлека.
В сотне ярдов к югу, а может, чуть подальше, ущелье слегка сворачивало к востоку и превращалось в плавно спускающуюся дорогу, которая вела к невидимым пока подножьям холмов Светлой стороны. Лучи медленно опускавшегося Солнца пробивались через последние щели между пиками западной стены каньона, подсвечивая их вершины. Оттуда, с этих вершин, двигаясь ловко, как горные козлы, спускалось полдюжины мужчин-Странников, которые несли в своих уверенных руках огромные, величиной с боевой щит, зеркала, постоянно держа их так, чтобы лучи солнца отражались внутрь горловины прохода, лежащей к северу. Поначалу, когда первый из зеркалоносцев стал приближаться, Джаз нахмурился. Никак это огромное овальное зеркало было сделано из стекла? Неужели в распоряжении Странников есть такого рода технология?
Лардис пронаблюдал за тем, как Джаз снял с себя все снаряжение, оставшись в боевом комбинезоне, а затем, улыбаясь, подошел к нему с протянутой правой рукой. Джаз попытался обменяться с ним рукопожатием, но вместо этого получилось так, что они шлепнули друг друга по ладони и предплечью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов