374-382.
В этих письмах Поджо просит Никколи выслать ему (!?) другой
экземпляр Тацита, находящийся будто бы уже у Никколи. Сопоставляя
даты переписки и тексты писем, Гошар утверждает, что этот
таинственный "второй экземпляр" есть не что иное, как Первый
Медицейский список, обнаруженный, якобы, лишь много лет сустя!
Гошар считает, что "даты писем подложны, сочинены post
factum появления в свет Тацита от имени Никколи затем, чтобы
утвердить репутацию первого... списка (так называемого Второго
Медицейского - Авт.), пошедшего в обиход разных княжеских
библиотек, и подготовить дорогу второму списку" [9],с.374-382.
Сегодняшние историки считают, что эти два списка были
обнаружены в обратном порядке.
Амфитеатров (которого мы здесь часто цитируем) писал:
"Изучая историю происхождения Первого Медицейского списка
(обнаруженного вторым - Авт.)... нельзя не отметить, что
повторяется легенда, окружавшая 80 лет тому назад список Никколо
Никколи... Опять на сцене северный монастырь, опять какие-то
таинственные, неназываемые монахи. Какой-то немецкий инок
приносит папе Льву X начальные пять глав "Анналов". Папа в
восторге, назначает будто бы инока издателем сочинения. Инок
отказывается, говоря, что он малограмотен. Словом, встает из
мертвых легенда о поставщике Второго Медицейского списка
(найденного первым - Авт.), герсфельдском монахе... Посредником
торга легенда называет... Арчимбольди... Однако Арчимбольди не
обмолвился об этом обстоятельстве ни единым словом, хотя Лев X -
якобы через его руки - заплатил за рукопись 500 цехинов, т.е.
6000 франков, по тогдашней цене денег - целое состояние (тут не
до хронологии! - Авт.). Эти вечные таинственные монахи, без
имени, места происхождения и жительства, для Гошара -
продолжатели фальсификационной системы, пущенной в ход Поджо
Браччолини. Их никто никогда не видит и не знает, но сегодня один
из них приносит из Швеции или Дании потерянную декаду ТИТА ЛИВИЯ,
завтра другой из Корвеи или Фульды - ТАЦИТА и т.д., - всегда
почему-то с далекого, трудно достижимого севера и всегда как раз
с тем товаром, которого хочется и которого недостает книжном
рынку века" [9],с.374-382.
Изучение переписки Поджо лишь усиливает подозрения. Авторы
писем либо вообще умалчивают о находках, либо приводят
взаимоисключающие версии.
"Бейль рассказывает (уже в XVIII веке - Авт.), что папа Лев
X так желал найти недостающие главы Тацита, что не только обещал
за них деньги и славу, НО И ОТПУЩЕНИЕ ГРЕХОВ. Удивительно ли, что
их поторопились найти? (Тут не до хронологии - Авт.). Итак, обе
части Тацитова кодекса одинаково ЗАГАДОЧНЫ ПРОИСХОЖДЕНИЕМ СВОИМ.
Гошар предполагает по единству темнот и легенд, их окружающих,
что они обе - одного и того же происхождения и общей семьи: что
они вышли из римской мастерской флорентийца Поджо Браччолини"
[9],с.374-382.
Гошар и Росс приводят данные, наглядно показывающие
изумительную способность Поджо к перевоплощению. Для Поджо латынь
- родной язык. "Он пишет не иначе как по-латыни и как пишет! По
гибкости подражания - это Проспер Мериме XV века... Когда
читателю угодно, Поджо - Сенека, Петроний, Тит Ливий; как
хамелион слова и духа, он пишет под кого угодно" [9],с.385.
Анализ книг Тацита обнаруживает серьезные расхождения между
их содержанием (об истории и географии античного Рима) и принятой
сегодня скалигеровской версией древнеримской истории. "Громадный
список противоречий приводит и Гастон Буассье... Перечислив
множество ошибок (ошибок ли? - Авт.), которые не мог сделать
римлянин первого века (в представлении скалигеровских историков -
Авт.), Гошар отмечает те из них, которые обличают в авторе
ЧЕЛОВЕКА С МИРОВОЗЗРЕНИЕМ И ТРАДИЦИЯМИ XV ВЕКА" [9],с.387-390.
Это - важный момент.
Для Гошара, Росса, Гастона Буассье и других критиков Тацита
все это доказывает подложность "Истории" Тацита. Будучи
воспитанными на скалигеровской истории, они и не могут иначе
трактовать обнаруженные ими противоречия. Для нас же никаких
противоречий тут нет. Достаточно предположить следующее:
"История" Тацита описывает реальные события X-XIV веков н.э. И
Тацит - как автор XIII-XIV или XV веков естественно имеет
"мировоззрение и традиции XV века". И обнаруженные историками
"промахи" оказываются свидетельствами ПОДЛИННОСТИ "Истории"
Тацита но только при условии, что мы перенесем ее время действия
в средние века.
В то же время, Гошар и Росс вскрыли действительно
исключительно странные обстоятельства появления на свет "Истории"
Тацита. По их мнению они указывают на подлог. По нашему - на
редактирование Поджо подлинного текста "Истории". А может быть,
"Тацит" - это просто литературный псевдоним Поджо Браччолини? Он
действительно мог описать события античного Рима, происшедшие в
X-XIII веках н.э., опираясь на какие-то подлинные дошедшие до
него документы. Судите сами.
"В Лондоне он (Поджо - Авт.) жил, очень обманутый в расчетах
на щедрость Бофора... В 1422 году... Пьеро Ламбертески предлагает
ему проект какой-то исторической работы, которая должна быть
выполнена по греческим источникам и в строгом секрете, в
трехгодичный срок, во время которого Поджо будет обеспечен
гонораром в 500 золотых дукатов. "Пусть он даст мне шестьсот и -
по рукам!" - пишет Поджо, поручая Никколи сладить это дельце.
"Занятие, им предлагаемое, очень мне нравится, и я надеюсь, что
произведу штучку, достойную, чтобы ее читали". Месяцем позже он
пишет: "Коли я увижу, что обещания... Пьеро перейдут от слов к
делу, то - не только к сарматам, к скифам я рад буду забраться
ради работы этой... Держи в секрете проекты, которые я тебе
сообщаю. Если я поеду в Венгрию, это должно остаться тайною для
всех, кроме нескольких друзей". В июне... "Будь уверен, что если
мне дадут время... я сочиню вещь, которою ты будешь доволен...
Когда я сравниваю себя с древними, я опять верю в себя. Если
взяться хорошенько, то я ни перед кем не ударю в грязь лицом..."
Где он был затем - неизвестно. По Корниани, в самом деле,
зачем-то жил в Венгрии. По Тоннели, приехал прямо во Флоренцию.
Состоялась ли его загадочная сделка с Ламбертески, мы также не
знаем. Имя Ламбертески исчезает из переписки Поджо, что Гошар
объясняет тем условием, что Поджо сам был редактором издания
своих писем... Но даже если бы сделка и не состоялась, и дело
разошлось, то какой же осадок все-таки остался на дне этого
эпизода? А вот какой: Ламбертески предлагал Поджо выполнить
какой-то тайный исторический труд. Тайна предполагалась настолько
строгою, что Поджо должен был работать в Венгрии, между тем как
его предполагали бы все еще в Англии. Для работы этой он должен
был изучать греческих авторов... В этой работе ему предстояло
состязаться с античными историками, чего он хотел и боялся. И,
наконец, весь секрет, которого от него требовали, а он принимал,
показывает, что дельце-то предполагаемое было, хотя и
литературное, и ученое, но - не из красивых" [9],с.393 и далее.
Ламбертески имел моральное право обратиться к Поджо с таким
предложением, так как Поджо уже был один раз пойман на
изготовлеии фальсификата. Несколькими годами ранее Поджо выпустил
в свет у Никколи "Комментарии Кв. Аскония Педиана".
"Оригинала, с которого были выпущены эти "Комментарии",
никто никогода не видал, а все копии Никколи переписывал тоже с
копии, присланной ему Поджо из Констанца. Успех был громадный,
хотя... ученый мир быстро разобрал, что дело тут неладно... Успех
подложного Аскония Педиана вызвал серию других подлогов от имени
того же фантастического автора, но все они были слишком грубы и
немедленно разоблачались. Поджо... оказался лишь искуснее
других... Прежде чем начать свою аферу с Тацитом, он пробует
запродать Козьме Медичи и Леонелло д'Эсте какой-то великолепный
экземпляр Тита Ливия - и опять в таинственной обстановке: на
сцене дальний монастырь на островке Северного моря, шведские
монахи и пр. Тут дело вряд ли шло о подлоге сочинения, но очень
могло идти - о подлоге экземпляра. Известно, что Поджо владел
ломбардским почерком в совершенстве, а именно такой рукописью он
и соблазнял... принцев. Но тут у него дело сорвалось, и затем
драгоценный экземпляр исчезает куда-то без вести... Замечательно,
что в этот период жизни своей Поджо, столь вообще плодовитый, не
пишет ничего своего... Зато он бесконечно много учится, - и
систематически, односторонне, видимо, дрессируя себя на какую-то
ответственную работу по римской истории императорского периода.
Никколи едва успевает посылать ему то Аммиана Марцеллина, то
Плутарха, то Географию Птолемея и т.д." [9],с.394 и далее.
Гошар считает, что начинал свой подог Поджо один, но был
вскоре вынужден посвятить в это дело и Никколи. Сначала они,
вероятно, пустили в обращение так называемый Второй Медицейский
список, а Первый придерживали в целях "содрать две шкуры с одного
вола". Однако вскоре рынок был испорчен появлением значительного
числа разоблаченных подлогов. Поджо не решился рисковать второй
раз. Этот Первый список был, вероятно, пущен в обращение его
сыном - Джованни Франческо, после того, как он промотал все
состояние отца.
Кроме указанных произведений фирма Поджо-Никколи пустила в
обращение тексты следующих классических авторов:
полного Квинтилиана,
некоторые трактаты Цицерона, семь его речей,
Лукреция,
Петрония,
Плавта,
Тертуллиана,
некоторые тексты Марцеллина,
Кальпурния Секула и др.
После находки Тацита рынок всколыхнулся. В 1455 году "Энох
д'Асколи нашел в каком-то датском монастыре (и снова монастырь, и
снова на севере) Тацитовы "Диалог об ораторах", "Жизнеописание
Агриколы" и "Германию", язык которых и характер, как известно,
значительно разнятся от "Истории" и "Анналов"... Появились на
рынке "Facetiae", приписываемые Тациту, и подлог был не скоро
разоблачен" [9],с.350-351.
Еще раз повторим - Гошар и Росс настаивали на теории подлога
Тацита лишь потому, что верили скалигеровской хронологии. Отказ от
нее и перенос событий античного Рима в X-XIII века н.э.
кардинально меняет наше отношение даже к таким событиям, как
загадочное участие Поджо в обнаружении книг Тацита.

3. КАКОВ БЫЛ СРЕДНЕВЕКОВЫЙ ЗАПАДНО-ЕВРОПЕЙСКИЙ ХРИСТИАНСКИЙ КУЛЬТ?

Что мы знаем сегодня о западно-европейском монашестве средних
веков? Открываем, например, книгу Александра Парадисиса "Жизнь и
деятельность Балтазара Коссы. (Папа Иоанн XXIII)". Минск, Беларусь,
1980.
"От отшельнической и благочестивой жизни монастырей первых
веков христианства не осталось и следа, разложение церкви и
нравов в них достигло невероятных размеров... Не способствовала
строгости нравов и одежда монахинь, подчеркивавшая их природную
красоту и стройность... Почти все монастыри Италии, - пишет
Родоканаки, - принимали мужчин-посетителей... О жизни монастырей
в Венеции мы узнаем не только от Казановы. Сан Дидье пишет:
"Ничто в Венеции не вызывало такого интереса, как монастыри."
Были там частыми посетителями и вельможи. И так как все монахини
красивы и стройны, ни одна не оставалась без любовника. А забота
надзирательниц о нравах выражалась в том, что они помогали
монахиням находить более искусные способы встреч с любовниками и
покрывать их. Во время карнавала в Венеции (а его там растягивали
почти на полгода) женские монастыри превращались в танцевальные
залы, заполнялись мужчинами в масках... Платье было узким, в
талию, с большим декольте, дававшим возможность увидеть белое и
пышное тело монахини (см. Rodocanachi (E.), La femme Italienne,
avant, pendant et apres la Renaissance, Paris, 1922). Пельниц
(Polnitz Charles Louis) пишет, что венецианские монахини
завивались, что они носили короткие платья, не закрывавшие
стройных ног, а грудь они прикрывали лишь тогда, когда пели в
церковном хоре. Одежда монахинь Рима также не отличалась
скромностью. А флорентийские монастыри, по свидетельству одного
настоятеля мужского монастыря, посетившего Флоренцию, напоминали
мифологических нимф, а не "христовых невест" (см. Pizzichi,
Viaggio per l'alta Italia, Firenze, 1820). Во многих монастырях
были устроены театры и разрешалось давать представления, но
играть в них могли только монахини... Не отличались
выдержанностью и монахини Генуи. В одном из папских указов с
прискорбием отмечалось: "Сестры из монастырей святого Филиппа и
святого Иакова бродят по улицам Генуи, совершают непристойные
поступки, которые диктует им их необузданная фантазия.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов