А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

История джунглей знает немало случаев, когда убивали и за меньшее. У одних вера в бога, у других – в собственную красоту. И возьми небо звезду, дающую планете тепло и свет, ради такой красивой веры можно было пролить и свою, и чужую кровь.
Альвареза со своими ребятами держался. На последнем издыхании, но держался. Слишком неравны силы. Но не зря, не зря их так долго мурыжил Мил, заставляя тренироваться. И если спасенные скажут Милу спасибо за те приемы рукопашного боя, что им так долго втолковывала белая пантера, это станет самой лучшей наградой бывшему полицейскому.
Что творится с флангов, Мил видеть не мог. Он уже бросил наблюдать и осмысливать. Джунгли не дают времени на долгие раздумья. Зачем крутить мордой, соображая, какую жертву лучше убить. Убивай ту, которая ближе. Но он был уверен, что мутанты, его мутанты, стояли, стоят и будут стоять до самого конца. Если уж кому и нет дороги обратно, то только им. Или проиграешь и умрешь, или выиграешь, оставаясь живым. Нет, эти уродцы будут стоять до последнего.
Мил сиганул к пантерам, вспомнив, что должен и им показать, что альбиносы не такие уж потерянные индивидуумы. Но тут случилось совсем непредвиденное. Первый же обладатель мохнатой гривы на шее и огромных, не в пример Милу, клыков, с которым он столкнулся нос к носу, аккуратно отбросил, парировал удар и довольно грубо бросил в глаза:
– Куда прешь, щенок! Дуй отсюда, пока бока не намяли.
Мил ожидал чего угодно, но только не этого. И только когда подскочивший Квар, старина Квар, отпихнул его своим телом, сумел внятно произнести:
– Что, черт возьми, происходит?
У Квара не было времени объяснять Чокнутому все в мельчайших подробностях, и он ограничился коротким:
– Нормально все.
Разве можно объяснить альбиносу, что ни пантеры, ни гривастые, ни прочие Большие кошки не способны убивать равных себе, тем более состоящих почти в кровном родстве. И не мог объяснить. Что же побудило кошек встать в ряды Проклятых? Мало ли причин. Джунгли…
Более подробную информацию дал Бобо, который затормозил четырьмя конечностями рядом с Милом:
– Это, что ли? Не бери в голову. Они в голодные времена не то что пищей – самками делятся. Эффект выживания. Сам понимать должен. А теперь и решай, как у них складываются отношения. Но ты лучше туда посмотри.
Мил обратил свой взор в ту сторону, куда показывал медведь.
Прямо на них, сметая все на своем пути, подминая тела своих и чужих, перла тяжелая вражеская кавалерия с широкими оттопыренными ушами. И не беда, что она была в единственном числе. Урон, который наносил длинноносый житель, мог сравниться только с зимним ураганом. Те смельчаки, которые рискнули встать на его пути, давно были мертвы.
– Черт! – Мил закусил нижнюю губу. Он как-то не подумал об убойной силе этого, по всей видимости, дикого слона. И, судя по общей картине, перевес потихоньку переходил на сторону Проклятых.
– Надо отступать, – нервно вздрагивая, сказал Бобо. Надо. Но тогда все будет проиграно. Стоить только чуть дрогнуть, чуть попятиться назад, и то легкое, неуловимое чувство удачи отвернется от них навсегда.
– Где серые странники?
– Да какие странники против такой махины, – отмахнулся медведь. – Да они уже и так давно схлестнулись. Вон там, видишь, туча пыли? Так это они. Ну не выдержали. А ты сам бы стал ждать приказа? То-то же. Родж правильно поступил. Рыси сами хотели нас с флангов обойти, тут их страннички и перехватили. У них к Маленьким Но Дерьмовым Кошкам свои счеты. За прошлое. Пущай разбираются. Так что начет лопоухого? А, Чокнутый?
Думай, Мил, думай. На то ты и человек, хоть и бывший, чтобы думать. Находить выход из кризисных ситуаций. Еще немного – и жители дрогнут. Дрогнут и побегут. И тогда конец. Не помогут ни призывы, ни белая шкура. Бросить всех на эту тумбу? Это сколько новых смертей. И в этих смертях будет виноват он, Мил. Потому, что не продумал и не предугадал.
– А глаза мы ему выцарапать можем? – спросил он у Бобо. Просто так спросил. Без всякой надежды. Медведи этого не сделают. Не достанут. Орангутанги слишком заняты своими разборками. От пантер и мутантов проку мало. Больше умрет, чем хоть на пару шагов приблизятся.
Бобо не отвечал, тупо вглядываясь в одну точку.
– Или испугать его? – не унимался Мил, все более распыляясь, видя, как один за другим жители погибают под тумбами лопоухого.
– Испугать? – эхом отозвался пещерный медведь, но глаз от чего-то интересного не отвел.
– Ну да. – Ну почему медведи такие тугодумы? – Чего боятся слоны? Чего может бояться вислоухий?
– Они могут бояться только одного. – Голос Бобо упал до самой низкой отметки. Милу пришлось напрячься, чтобы расслышать все слова пещерника. – А вернее – кого.
– Мышей! – Хорошо, когда хорошие мысли приходят одновременно к двум умным жителям. Жаль только, что эти мысли такие несбыточные.
– Мыши, мыши, мыши! Да нет у нас мышей! – Мил готов был плакать от бессилия.
– Мышей нет, – как-то уж слишком радостно сообщил Бобо, расплываясь в довольной улыбке. – А вот в единственном числе – это можно.
Смутная, совсем слабая догадка промелькнула в голове у Мила. Боясь спугнуть ее, он медленно стал поворачивать морду в сторону звезды, дающей планете тепло и свет. Как раз в ту сторону, куда так настойчиво был устремлен взгляд Бобо.
– Матерь пантерья! – только и смог вымолвить он.
Тяжело переваливаясь из стороны в сторону, с легким хрустом валя вековые деревья, словно однодневную траву, загораживая собой весь горизонт, через джунгли шла Мышь. Та самая, которая до этого спокойно жила в могилах и была их Хранительницей.
Остановившись на краю пустоши, махнув хвостом, смяв по ходу дела близлежащую растительность, Мышь хрюкнула и обвела долгим взглядом поле боя.
Необычный звук, этот самый хрюк, был мгновенно услышан и над черным пепелищем пронесся всеобщий крик изумления. А потом наступила тишина.
Мышь подняла правую лапу, вытерла нос и двинулась прямиком к белой пантере.
За то время, которое Мил не имел удовольствия видеть это, несомненно, величественное чудо джунглей, Мышь заметно прибавила в росте. Но с такой же пропорциональностью похудела. В джунглях достаточно тяжело найти столько жертв, а питаться травой гордость не позволяет. Да и где настричь столько травы?
– Привет, белобрысый! – Мышь опустилась перед распахнувшим пасть Милом на задние лапы, отчего стала казаться еще больше.
Милу пришлось задрать морду высоко в небо, даже захрустели шейные позвонки. Но перед этим он унял дрожь, которая предательски выдавала его состояние.
– Привет, давно не виделись, – проглотить тугой комок в горле, прежде чем продолжать, – какими судьбами в наши края?
– Занесла судьбинушка, – грустно прокомментировала Мышь свое нынешнее положение. – А у вас здесь что? Аль праздник какой?
Говорливая, зараза.
– Да так, – уклонился от прямого ответа Мил. – Разборка небольшая.
– Вижу, что не праздник урожая.
Больше всего Мил не хотел, чтобы эта здоровенная мышь вспомнила, как над ней грубо измывались, заставляя быть скаковой лошадью. Все что угодно, только не это.
– Дело у меня к тебе, белобрысый. – Мышь обвела вмиг ставшим кровожадным взглядом поле брани и только потом вернулась к белой пантере. – Должок за тобой, белобрысый.
Вот оно. Случилось.
Мил в очередной раз проглотил слюну и подумал, что день с самого начала не удался. Сначала Проклятые. А сейчас должник появился. И, судя по его бурлящему животу, явился он сюда не для разговоров об искусстве.
– Должок, говорю, – повторила зачем-то Мышь, хотя и без того ясно, что слова таких крупных представителей мимо ушей не пропустишь.
– Жрать нас пришел? – решился Мил. А что терять. Разговорами смерть не задержишь. Но Мышь была другого мнения.
– Ты меня, белобрысый, за скотину не держи. Я ж тебе не неблагодарная тварь. Слава джунглям, с понятием. Ты мордой не мотай, а послушай лучше меня. Да не пяться, не слопаю. Это вон пусть твой мохнатый дружок пятится, всю спину мне прошлый раз когтями исцарапал.
Бобо, бормоча под нос оправдания в свой адрес, быстро ретировался на безопасное расстояние.
Мышь, кряхтя, приняла лежачее положение. Данная поза давалась ей с трудом, но она стоически перенесла это телопередвижение.
– Ты мне, белобрысый, ничего не объясняй и не оправдывайся. Оправдываться не за что, да и объяснять нечего. Пока затишье у вас, я о своем должке с тобой пошепчусь. А если кто мешать станет, того ждет смерть лютая, – последние слова Мышь сказала громко и четко, так, чтобы слышали и свои, и чужие.
Мил, вспоминая маму, осторожно уселся перед переростком.
Мышь огляделась, проверяя, до всех ли дошло сказанное. Убедившись, что мешать никто не собирается, опустила морду. Потом как-то странно скуксилась и, почти пуская слезу, стала причитать:
– А ты знаешь, белобрысый, какая я несчастная? А ты знаешь, как жрать хочется? Иной день так набегаешься, что вечерами лапы отваливаются. Все сама да сама. И никто не поможет. И никто не пожалеет. Крыс-то мне на месяц хватило. Уж больно плодовитыми оказались. Сначала все смеялись, издевались. Потом в подполье ушли, затаились. Пришлось и оттуда выкуривать. Травкой питалась, пробовала на голодной диете посидеть. Тоска. Бедная я. Ты посмотри, что со мной жизнь сделала!
Мышь чуть приподнялась на лапах, показывая Милу ребра.
– Ты вот что, белобрысый. Как хочешь, но сделай то, что попрошу. Из-за тебя я в эту кашу попала, ты уж меня и выручи. Как? Сам сообразишь. Я ж не дура. По джунглям набегалась, ума набралась. Слышала, что ты раньше другим был. Вот и меня другой сделай. Уж выручай, белобрысенький. Ну что, обещаешь?
Мил хотел ради решения такого дела поковыряться в носу, вовремя опомнился и только поморщил черный влажный нарост на морде. Перед ним стояла проблема. Отказать Мыши – значит обречь и себя, и жителей на непредвиденные обстоятельства. Она ведь голодная и потому злая. А всем известно, если кто-то большой в джунглях испытывает угрызения в желудке, то лучше с ним не спорить и вообще стараться не попадаться на глаза. Значит, этот вариант не подходит. Согласиться? Но как выполнять? Она ведь – имеется в виду как проблема, так и Мышь – никуда не пропадет. Стать вечным кормильцем ходячего мясокомбината Мил тоже не собирался. А что касается превращения…
– Ну так что, белобрысенький? Дел-то.
– Я не думаю, что у меня получится, – робко попробовал оправдаться Мил. Робко потому, что нет ничего непредсказуемее голодного жителя.
Но Мышь была абсолютно другого мнения.
– Получится, получится! Раз с самим собой такую штуку учудил, то с другими и подавно получится. Значит, по рукам?
Здоровенная лапа Мыши с неимоверным грохотом опустилась прямо перед мордой подскочившего от неожиданности Мила. И ему ничего не оставалось, как всунуть свою миниатюрную лапку в клешни гигантской Мыши.
Пожатие было крепким, но не сильно болезненным. Синяк максимум на неделю, если с примочками и ежедневными процедурами.
Как он будет выходить из создавшейся ситуации, Мил не хотел и думать. Придет время, все встанет на свои места. А сейчас, после заключения сомнительной сделки, требовалось извлечь из нее все возможные плюсы. Пойти, так сказать, на сговор с потенциальным преступником ради решения проблемы с преступником настоящим. А именно с Проклятыми.
Последние, за время вынужденного перемирия, успели перегруппироваться и теперь столпились вокруг лопоухого, что-то страстно обсуждая.
Также Мил с удовлетворением отметил, что со времени прибытия Мыши расстановка сил в лагере противника явно изменилась. Все кошки, ранее сражавшиеся на стороне Проклятых, под шумок смылись, забрав всех раненых и подбитых. Что касается самого слоноподобного существа, то оно растерянно переминалось с ноги на ногу, изредка бросая робкие взгляды на невиданное доселе существо, определенно напоминающее мышь.
– Значит, так. – Мил решил выкачать из ситуации все возможное. – Помочь тебе, так и быть, попробую. Не сразу. Уж не обессудь. Процесс требует тщательной подготовки и определенных навыков. Надеюсь, ты это понимаешь?
– Не дурная, соображаю, что к чему, – глубокомысленно ответила Мышь.
– Но перед тем как мы начнем претворять в действие мой, честно скажу, не совсем надежный план, требуется разобраться вон с теми ребятами. Ага! С серенькими маленькими и серенькими большими. С остальными мы сами, но эти на твоей совести.
Мышь думала всего несколько секунд. За это время она на глазок оценила гастрономическую ценность предложенных ребят, нашла их если не слишком аппетитными, то уж калорийными точно, и согласно кивнула:
– Прямо сейчас?
– Один момент, – подскочил Мил. Требовалось убрать из опасной зоны остальных жителей.
Две-три команды – и жители, правильно оценив ситуацию, ретировались на исходные позиции. Только чуть в стороне от основного места битвы продолжала идти драка. Именно там серые странники, не обращая внимания на основное затишье, продолжали выяснять отношения с Маленькими Но Злобными Кошками.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов