фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


- Итак, мы пришли к тому, с чего начали, - сказал Боб. - Мы даем тебе кое-что, и ты это можешь использовать. А ты мне поможешь? Как мне добиться, чтобы я получил войска под свою команду? Конечно, не возвращаясь в Грецию.
- Нет, только не в Греции, - ответил Питер. - Греки тебе бесполезны, и делают они лишь то, что позволяет Россия. Свободы действий у тебя не будет.
- А тогда где? - спросила сестра Карлотта. - Где у тебя есть влияние?
- Без ложной скромности - сейчас повсюду. А послезавтра, быть может, нигде.
- Тогда будем действовать сейчас, - предложил Боб. - Где?
- Таиланд, - ответил Питер. - Бирма не выстоит при нападении Индии и не сможет создать союза, который давал бы ей такой шанс. Но Таиланд - исторический лидер Юго-Восточной Азии. Эта страна никогда не была колонией. Естественный лидер всех тайскоговорящих народов. И у них сильная армия.
- Но я не знаю их языка, - возразил Боб.
- Это не проблема, - успокоил его Питер. - Тайцы уже несколько веков многоязычны, и у них много было иностранцев на высших постах в правительстве - лишь бы они были лояльны интересам Таиланда. Тебе придется связать свой жребий с ними. А им придется тебе довериться. Но вроде бы совершенно ясно, что ты знаешь, что такое лояльность.
- Отнюдь, - возразил Боб. - Я абсолютно эгоистичен. Для меня главное - выжить.
- Но ты выживаешь, - ответил Питер, - путем абсолютной лояльности тем немногим людям, от которых зависишь. Я о тебе читал не меньше, чем об Ахилле.
- То, что обо мне пишут, отражает только фантазии журналистов.
- Я не про журналистов, - сказал Питер. - Я читал докладные Карлотты в МКФ о твоем детстве в Роттердаме.
Карлотта и Боб остановились. Ага, я вас все-таки удивил? Питер не мог не почувствовать удовольствия, показав, что и он о них тоже кое-что знает.
- Эти докладные были представлены в собственные руки, и с них нельзя было снимать копии, - сказала Карлотта.
- Да, но в чьи руки? - спросил Питер. - Для человека, имеющего нужных друзей, секретов нет.
- Я сам их не читал, - сознался Боб.
Карлотта посмотрела на Питера проницательными глазами:
- Некоторая информация имеет ценность только в случае, когда ищешь способ уничтожить человека.
Теперь и Питер задумался, какие тайны есть у Карлотты насчет Боба. Потому что он сам, когда сказал «докладные», имел в виду лист из дела Ахилла, где на пару таких докладных были ссылки как на источник сведений об уличной жизни Роттердама. Замечания о Бобе были лишь дополнительным материалом. А сами докладные он не читал. Но теперь захотел это сделать, потому что там явно есть что-то, чего Карлотта не хотела бы, чтобы Боб знал. И Боб знал, что там что-то такое есть.
- И что там есть такого, что ты не хочешь, чтобы Питер мне сказал? - спросил он требовательно.
- Мне надо было убедить Боевую школу, что я отношусь к тебе беспристрастно. И мне пришлось написать о тебе кое-что отрицательное, чтобы они поверили положительному.
- И ты думаешь, это заденет мои чувства? - спросил Боб.
- Да, я так думаю. Потому что даже если ты поймешь причину, зачем я это сказала, ты никогда не сможешь мне простить, что я это вообще сказала.
- Вряд ли это хуже, чем я думаю.
- Не важно, насколько это плохо или хуже. Слишком плохого там не могло быть, иначе тебя бы не взяли в Боевую школу. Ты был слишком молод, и они не верили результатам твоих тестов и знали, что времени тебя обучить не будет, если ты не… не таков, как я сказала. Я просто не хочу, чтобы мои слова остались у тебя в памяти. И если ты хоть немного соображаешь, Боб, ты их читать не будешь.
- Какое предательство! - покачал головой Боб. - Человек, которому я доверяю больше всех на свете, распускает обо мне сплетни, да такие, что мне их даже знать нельзя.
- Хватит нести чушь, - сказал Питер. - Всех нас сегодня приложили мордой об стол. Но ведь мы сейчас заключили союз? Вы действуете в моих интересах, поднимая эту волну, чтобы я мог появиться на сцене. А я должен помочь вам попасть в Таиланд, да так, чтобы вы там пользовались доверием и властью, и сделать это до того, как себя раскрою. Интересно, кто из нас сегодня первый заснет?
- Я, - ответила сестра Карлотта. - Потому что у меня на совести нет грехов.
- Ерунда, - возразил Боб. - У тебя на совести все грехи мира.
- Ты меня с кем-то путаешь.
Питер понял, что слышит привычную семейную пикировку, когда старые шутки повторяются просто потому, что их приятно слушать.
И почему у него в семье ничего такого не бывает? Питер иногда подшучивал над Валентиной, но она никогда не отвечала тем же. Она всегда обижалась, даже боялась брата. А родители - это вообще безнадежно. Не было ни умных насмешек, ни общих памятных шуток.
Может быть, меня и в самом деле воспитали роботы.
- Скажи родителям, что мы очень благодарны за обед, - попросил Боб.
- Пора домой, слать, - добавила сестра Карлотта.
- Но вы же не будете сегодня ночевать в отеле? - спросил Питер. - Вы же уедете?
- Мы тебе по электронной почте сообщим, как с нами связаться, - сказал Боб.
- И тебе тоже придется уехать из Гринсборо, - напомнила сестра Карлотта. - Как только ты объявишь, кто ты, Ахилл будет знать, где ты. У Индии нет причин тебя убивать, но у Ахилла есть. Он убивает всех, кто видел его в беспомощном положении, а ты его поставил в такое положение. Если он до тебя доберется, ты покойник.
Питер вспомнил о покушении на жизнь Боба.
- Он был бы рад убить вместе с тобой и твоих родителей? - спросил он.
- Может быть, - ответил Боб, - тебе следует сказать маме с папой, кто ты такой, до того, как они прочтут об этом в сети. И помочь им выбраться из города.
- Наступит момент, когда нам придется перестать прятаться от Ахилла и встретиться с ним лицом к лицу.
- Не раньше, чем на твоей стороне будет какое-нибудь правительство, желающее сохранить тебе жизнь, - ответил Боб. - А до тех пор тебе придется скрываться. И твоим родителям тоже.
- Я не думаю, что они мне вообще поверят, - произнес Питер. - Родители то есть, когда я им скажу, что я и есть Локи. Какие родители поверили бы? Они, наверное, решат, что у меня мания величия.
- А ты не бойся, - ответил Боб. - Я знаю, что ты думаешь, будто они глупые. Но могу тебя заверить: это не так. По крайней мере твоя мать не глупа. Твои мозги тебе от кого-то достались. Они разберутся.
Так что когда Питер в десять вечера пришел домой, он постучал в дверь к родителям.
- В чем дело? - спросил отец.
- Вы не спите?
- Зайди, - ответила мать.
Началась бессмысленная болтовня насчет обеда и сестры Карлотты, и этого милого мальчика Юлиана Дельфийски, и просто не верится, как такой маленький ребенок мог сделать столько, сколько он, и наконец Питер резко перешел к делу:
- Я вам должен что-то сказать. Завтра друзья Боба и Карлотты начнут фиктивную кампанию за выдвижение Локи в Гегемоны. Вы знаете, кто такой Локи? Политический обозреватель?
Они кивнули.
- А на следующее утро, - продолжал Питер, - Локи выступит с заявлением, что вынужден отклонить такую честь, потому что он - всего лишь подросток из города Гринсборо в Северной Каролине.
- И что? - спросил отец. Неужто до них не дошло?
- Папа, это я. Я и есть Локи.
Они переглянулись. Питер ждал, что сейчас они скажут какую-нибудь глупость.
- И что Валентина - это Демосфен, ты тоже собираешься сказать? - спросила мать.
Сначала он подумал, что это она так шутит. Что нелепее того, что Питер - Локи, может быть только одно: что Валентина - Демосфен.
И тут до него дошло, что иронии в вопросе не было. Это был важный момент, о котором ему следовало подумать. Противоречие между Локи и Демосфеном необходимо было разрешить, иначе еще оставалось нечто, что могли бы разоблачить Чамраджнагар и Ахилл. С самого начала возложить всю вину Демосфена на Валентину - это был важный момент.
Но куда важнее для него было, что мать знала.
- И давно вы знали? - спросил он.
- Мы очень гордимся всем, чего ты достиг, - ответил отец.
- Гордимся, как никогда не гордились Эндером, - добавила мать.
От эмоционального удара Питер чуть не пошатнулся. Сейчас они сказали ему то, что он всю жизнь больше всего хотел услышать, сам себе не сознаваясь в этом желании. На глаза навернулись слезы.
- Спасибо, - пробормотал он, закрыл дверь и ушел к себе в комнату. Через пятнадцать минут он смог достаточно взять себя в руки, чтобы написать письма, которые надо было отправить в Таиланд, и начать составлять саморазоблачительную статью.
Они знали. И не считали его неудачей, вторым сортом. Они гордились им, как гордились Эндером.
В ближайшие сутки весь мир Питера изменится. Преобразится его жизнь, он может все потерять или все приобрести. Но в эту ночь, когда он наконец лег и стал засыпать, у него было только одно чувство: полное, дурацкое счастье.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
МАНЕВРЫ
11
БАНГКОК
Помещено в форуме военной истории от Hector - Victorious @ firewall. net
Тема: Кто помнит Брисеиду?

Когда я читаю Илиаду, я вижу то, что видят все, - поэзию, разумеется, и, конечно, рассказ о героической войне бронзового века. Но я вижу и другое. Пусть ради лица Елены пустились в путь тысячи кораблей, но Брисеида их чуть не разбила. Она была бессильной пленницей, рабыней, и все же Ахилл чуть не развалил союз греков, настолько он ее хотел.
А загадка, которая не дает мне покоя, вот в чем: была она так необычайно красива? Или Ахилла пленил ее ум? Нет, серьезно: была бы она счастлива в плену у Ахилла? Пошла бы она к нему добровольно? Или осталась бы хмурой и непокорной невольницей?
Вряд ли это что-нибудь значило бы для самого Ахилла - он бы использовал пленницу как хотел, не считаясь с ее чувствами. Но представим себе, что Брисеида узнала бы правду об ахиллесовой пяте и как-то передала ее кому-нибудь на стены Трои…
О Брисеида, если бы мне только услышать твои слова!
Гектор Победоносный.
Боб развлекался, оставляя для Петры сообщения на всех форумах, которые она могла посещать - если она жива, если Ахилл разрешает ей бродить по сети, если она поняла, что тема «Кто помнит Брисеиду» относится к ней, и если она может ответить, как скрытно просит это его письмо. Он называл ее именами и других женщин, которые были возлюбленными полководцев: Гиневра, Жозефина, Роксана, даже Барзина - персидская жена Александра, вскоре после его смерти убитая Роксаной. А сам он подписывался именами роковых противников или главных соперников этих вождей: Мордред, Веллингтон, Гектор.
Он сделал опасный шаг, сохраняя эти сетевые личности - каждая из них содержала только порядок пересылки к другим анонимным сетевым личностям, которые держали всю полученную почту в виде шифрованных сообщений на открытом форуме с протоколами, не отслеживающими читателя. Эти сообщения можно было посещать и читать, не оставляя следов, но сетевые брандмауэры можно пробить, протоколы - взломать.
Он сейчас мог позволить себе быть более беспечным насчет сетевых личностей, хотя бы потому, что его местоположение в реальном мире было теперь известно людям, чью надежность Боб не мог оценить. Так стоит ли волноваться насчет пятого замка на задней двери, если передняя распахнута настежь?
В Бангкоке его принимали по первому разряду. Генерал Наресуан обещал ему, что никто не узнает его настоящего имени, что ему дадут солдат для обучения и разведданные для анализа и что с ним постоянно будут советоваться при подготовке тайских военных ко всем возможным неожиданностям. «Мы серьезно относимся к суждению Локи, что Индия вскоре будет представлять угрозу для безопасности Таиланда, и нам, конечно же, хочется получить вашу помощь в подготовке наших планов». Все так тепло и в высшей степени предупредительно. Боба и Карлотту поместили в квартиру для высших офицеров на военной базе, дали неограниченные привилегии насчет еды и покупок и… забыли.
Никто не приходил. Никто не просил консультаций. Обещанные разведданные не поступали. Обещанные солдаты не появились.
Но Боб понимал, что этот вопрос поднимать не надо. Обещания не были забыты. Если напомнить, Наресуану будет неудобно, он почувствует себя задетым. Ничего хорошего это не даст. Что-то, значит, случилось, и Боб мог только гадать что.
Прежде всего он, конечно, испугался, что Ахилл как-то связался с правительством Таиланда, его агенты уже знают, где Боб сейчас, и смерть неотвратима.
Тогда он отослал от себя Карлотту.
Сцена была не из приятных.
- Ты должен уйти со мной, - требовала она. - Они тебя не остановят. Пойдем.
- Я не пойду, - ответил Боб. - Наверняка неполадки в местной политике. Кто-то не хочет, чтобы я здесь был - то ли сам Наресуан, то ли кто-то другой.
- Если ты считаешь, что тебе безопасно остаться, то нет смысла мне уезжать.
- Здесь ты не пройдешь за мою бабушку, - заметил Боб. - Сам факт, что у меня есть охранник, меня ослабляет.
- Избавь меня от этой сцены, которую ты хочешь сыграть! - фыркнула Карлотта. - Я знаю, что есть причины, по которым ты хочешь от меня избавиться, но знаю и то, что могу быть тебе очень полезна.
- Если Ахилл уже знает, где я, значит, он глубоко запустил лапы в Бангкок и мне здесь не скрыться. А ты можешь. Информация о том, что со мной пожилая женщина, могла еще до него не дойти. Но скоро дойдет, а тебя он хочет убить не меньше, чем меня. Мне не хочется, чтобы я еще и за тебя должен был волноваться.
- Ладно, я уеду. Но как мне тебе написать, раз ты никогда не сохраняешь один и тот же адрес?
Боб дал название своей папки на анонимной доске объявлений и ключ шифрования. Она запомнила их наизусть.
- Еще одно, - сказал Боб. - В Гринсборо Питер что-то говорил насчет того, что читал твои докладные.
- Я думаю, он соврал, - ответила Карлотта.
- А я по твоей реакции думаю, что читал он их или нет, а такие докладные были, и ты не хочешь, чтобы я их прочел.
- Действительно были и действительно не хочу.
- И это вторая причина, по которой я хочу, чтобы ты уехала.
На лице Карлотты отразился гнев.
- Ты не веришь моим словам, что там нет ничего, что тебе надо сейчас знать?
- Мне все надо о себе знать. Все мои сильные и слабые стороны. Ты знаешь обо мне что-то, что сказала Граффу и не сказала мне. И сейчас не говоришь. Ты считаешь себя хозяином, который может за меня решать. Это значит, что мы все-таки не партнеры.
- Что ж, хорошо, - сухо сказала Карлотта. - Я действую в твоих же интересах, но понимаю, что у тебя другая точка зрения.
Боб достаточно хорошо знал Карлотту и понимал, что она сдерживает не гнев, а горе и досаду. Финт насчет ее докладных заставил ее согласиться на отъезд. А Бобу эта история действительно была неприятна.
Через пятнадцать минут сестра Карлотта уже была на пути в аэропорт. Через девять часов в шифрованную папку Боба на доске объявлений пришло сообщение. Карлотта была уже в Маниле, где могла исчезнуть в католическом монастыре. Насчет ссоры - если ее можно было так назвать - не было сказано ни слова. Только упоминалось кратко «признание Локи», как его назвали журналисты. «Бедный Питер, - писала Карлотта. - Он так долго скрывался, и теперь ему будет очень трудно привыкнуть к тому, что приходится сразу сталкиваться с последствиями своих слов».
Боб ответил по ее защищенному адресу в Ватикане: «Я только надеюсь, что Питеру хватило мозгов убраться из Гринсборо. Что ему сейчас нужно - так это сбежать в какую-нибудь малую страну и набраться там административного и политического опыта. И поруководить хотя бы городским водопроводом».
А мне, подумал про себя Боб, нужны солдаты, которыми я буду командовать. За этим я сюда и приехал.
После отъезда Карлотты прошли недели, но молчание длилось. Вскоре стало очевидно, что Ахилл здесь ни при чем, иначе Боб уже был бы мертв. И открытие, что Локи - это Питер Виггин, тоже не имело к этому отношения: застой начался еще до того, как Питер опубликовал свое заявление.
Боб стал заниматься любой работой, которая могла бы иметь смысл. Хотя у него не было доступа к картам штабной детальности, обычные спутниковые карты были в его распоряжении, карты территории между Индией и сердцем Таиланда - суровая горная страна Северной и Восточной Бирмы, подходы со стороны Индийского океана. У Индии был значительный по меркам региона флот, и она могла бы попытаться пройти Малаккский пролив и ударить на Таиланд из залива. Ко всем возможностям надо было быть готовым.
Некоторые основные сведения о структуре армий Индии и Таиланда можно было взять из сетей. У Таиланда были мощные военно-воздушные силы, дававшие шанс на достижение господства в воздухе, если удастся защитить базы. Поэтому было бы важно иметь возможность срочно развернуть взлетно-посадочные полосы в тысяче мест, а такое инженерное предприятие было бы по плечу таиландской армии, если сейчас провести учения и рассовать по всей стране людей, топливо и запчасти. Такая же организация в сочетании с минными полями была бы лучшей защитой от высадки с моря.
Другим уязвимым местом индийской армии должны были быть линии снабжения и пути наступления. Поскольку стратегия Индии не могла бы не включать использование огромных армий, защита должна была состоять в том, чтобы держать эти армии голодными и все время беспокоить воздушными налетами и вылазками партизан. А если, как было вероятно, индийская армия достигнет плодородной равнины Чао-Фрайа или плато Аорай, надо будет, чтобы они нашли там выжженную землю, а запасы продовольствия - те, что не будут уничтожены - были рассеяны и спрятаны.
Стратегия жестокая, поскольку вместе с индийской армией пострадает и тайский народ, и пострадает даже сильнее. Значит, разрушение должно быть организовано таким образом, чтобы его осуществили в последнюю минуту. А также, по мере возможности, надо будет эвакуировать женщин и детей в удаленные районы или даже в лагеря беженцев в Лаосе и Камбодже. Конечно, границы индийскую армию не остановят, но труднопроходимая местность может остановить. Имея множество изолированных целей, индийская армия будет вынуждена распылить силы. Тогда - и только тогда - будет иметь смысл начать уничтожение небольших групп индийских сил партизанскими налетами или даже серьезными боями там, где таиландская армия будет иметь временное численное превосходство и подавляющую поддержку с воздуха.
Судя по всему, что Бобу было известно, в этом и состояла военная доктрина руководства тайской армии, и такие предложения могли его только раздражать или давать понять, что Боб считает себя умнее их.
И поэтому он тщательно выбирал выражения для своей докладной записки. «Как вами, несомненно, уже сделано», или «Как вы, насколько я понимаю, предусмотрели». Такие фразы тоже, конечно, могли иметь обратный эффект, если они не предусмотрели, - тогда они звучали бы покровительственно. Но что-то надо было делать, чтобы прервать этот застой молчания.
Боб несколько раз перечитывал записку, внося изменения. Потом подождал несколько дней, чтобы посмотреть свежим взглядом. И наконец, убедившись, что она составлена настолько ненавязчиво, насколько это возможно, вложил в электронное письмо и послал на адрес канцелярии чакри - главнокомандующего. Это был наиболее публичный и потенциально неудобный способ из всех, которым можно было ее представить, поскольку почту, приходящую на этот адрес, наверняка читали помощники. Даже напечатать ее и принести лично было бы не так топорно, но смысл был в том, чтобы всколыхнуть болото. А если бы Наресуан хотел, чтобы Боб действовал тоньше, он бы дал ему для переписки свой личный адрес.
Через пятнадцать минут после того, как Боб отправил записку, дверь бесцеремонно распахнулась, и вошли четверо чинов военной полиции.
- Идемте с нами, сэр, - произнес командовавший ими сержант.
Боб понимал, что вопросов задавать не надо. Эти люди знают только отданный им приказ, и Боб вскоре выяснит, в чем он состоит.
Его не повели в канцелярию чакри. Вместо этого его препроводили в сборный дом, поставленный на старом плац-параде - тайская армия лишь недавно отказалась от маршировки как способа муштры солдат и демонстрации военной мощи. Всего трех столетий после Гражданской войны в Америке хватило, чтобы доказать, что хождение в бой строем закончилось. Для военных организаций вполне допустимое запаздывание. Боб не удивился бы, обнаружив, что есть еще армия, обучающая солдат сражаться шашками в конном строю.
На двери, к которой привели Боба, не было ни таблички, ни даже номера. Когда он вошел, никто из солдат-клерков даже не глянул в его сторону. Их поведение говорило, что его приход - событие ожидаемое и совершенно не важное. Что, конечно, означало, что оно очень важное, иначе бы они не старались так усердно его в упор не видеть.
Его подвели к двери кабинета, и сержант распахнул ее перед ним. Боб вошел, военная полиция осталась снаружи. Дверь закрылась.
За столом сидел майор. Чертовски высокий чин для секретаря, но казалось, что это его работа - по крайней мере сегодня. Майор нажал кнопку интеркома:
- Пакет прибыл.
- Давайте его ко мне, - ответил молодой голос. Такой молодой, что Боб сразу просек ситуацию.
Конечно же, Таиланд тоже отдал в Боевую школу свою долю военных гениев. И хотя ни у кого из джиша Эндера не было тайских родителей, в целом Таиланд был богато представлен в Боевой школе, как и другие страны Восточной и Южной Азии.
Трое тайских солдат даже служили с Бобом в армии Дракона. Всех ребят из этой армии Боб помнил, помнил подробное досье на каждого, поскольку именно он составлял список ребят, вошедших в армию Эндера. Поскольку все правительства ценили вернувшихся выпускников Боевой школы пропорционально их близости к Эндеру Виггину, то, вероятнее всего, именно человек из армии Дракона поднялся настолько высоко, что так быстро перехватил записку, направленную чакри. И тот из троих, которого Боб ожидал бы увидеть на самой высокой должности в самой агрессивной роли, это был…
Сурьявонг. «Суровый», называли его за глаза, потому что у него всегда был такой вид, будто он на кого-то злится.
И вот он, стоит за покрытым картами столом.
Боб с удивлением заметил, что ростом почти не уступает Сурьявонгу. Суровый не был высок, но в Боевой школе каждый возвышался над Бобом как башня. Значит, он стал догонять в росте. Может быть, не всю жизнь ему предстоит прожить лилипутом. Мысль многообещающая.
Но ничего многообещающего не было в голосе Сурьявонга.
- Значит, колониальные державы решили повоевать руками Индии и Таиланда, - сказал он.
Боб сразу понял, чем задет Сурьявонг. Ахилл был бельгийским валлоном, а Боб, конечно же, греком.
- Ага, - ответил Боб. - Бельгия и Греция хотят решить свою древнюю вражду на кровавых полях Бирмы.
- То, что ты был в джише Эндера, - сказал Сурьявонг, - еще не значит, что ты разбираешься в военной ситуации Таиланда.
- Я и написал свою докладную, чтобы показать, насколько ограничены мои знания, потому что чакри Наресуан не дал мне доступа к разведданным, который я должен был, согласно его словам, получить по прибытии.
- Если нам когда-нибудь понадобится твой совет, мы тебе дадим данные.
- Если вы будете давать мне только те данные, которые сочтете необходимыми, - сказал Боб, - то мои советы будут состоять лишь из того, что вы уже и сами знаете, и я с тем же успехом могу ехать домой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике