А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– А ее не строили, – ответил он, выбираясь из комбинезона. – Попробуй тут построй что-нибудь! Просто переместили сюда. Это обычный трейлер, только бронированный и без колес. В Америке в нем раньше доллары перевозили. Комфорту тут, конечно, маловато, зато надежность как раз та, что требуется. Не беспокойся, мы тут не задержимся.
– Что это за место?
– Хреновое это место, как ты сам уже убедился, – сказал Гонта. – Погибающий мир. Или уже погибший. Местное солнце на стадии угасания. Лет этак через миллион или раньше взорвется сверхновой. Ураганы не
стихают десять месяцев в году. Но в оставшиеся два месяца тут такой мороз, что соваться сюда вообще нельзя.
– Мороз? – удивился Нестеров. – А сейчас что, лето?
– Можно считать и так, – ухмыльнулся Гонта. – Всего каких-то минус пятьдесят… Тут вообще нечего делать, эта станция просто пересадочная. Сейчас дальше пойдем, только отдохнем немного.
– Опять пойдем? – с опаской переспросил Нестеров. – А что, вездеход с колесами сюда нельзя было перетащить?
– Да нет вопросов! Только дело в том, гуманитарий, что при минус пятидесяти, да с ветерком, колеса через полчаса отвалятся. Можно, конечно, было бы заказать специальную полярную технику, но деньги ведь с неба не падают. У нас и других дыр достаточно.
Измученный Гоша сидел на откидной койке, прислонившись к стенке и закрыв глаза. Нестеров устроился рядом, намереваясь последовать его примеру, но спать совершенно не хотелось. Возбуждение происшедшим пересиливало усталость. Устроившиеся в конце вагончика Фил и Магистр вели негромкий разговор, то и дело переходя с русского на английский и обратно.
– Ситуация очень сложная, Фил, – говорил Магистр. – И у нас нет однозначного решения. За последнее десятилетие анималам удалось создать мощную организацию. У них огромные деньги и фактическая власть в стране на всех уровнях. Я возлагал очень большие надежды на Периметры, но, боюсь, недооценил противника. Они поняли, какую опасность представляют Периметры в перспективе, и перешли в открытую атаку. Они выявляют селектов и физически их уничтожают, а потом захватывают Периметр, оставшийся без прикрытия.
– Неужели к ним в руки попал Индикатор? – воскликнул Фил.
– Вначале мы тоже это подозревали, – кивнул Магистр. – Но дело тут в другом. Недавно Комес – ты его хорошо знаешь – вернулся из Волгограда. Оказалось, что анималы привезли в область более сотни нюхачей. С их помощью они искали селектов почти полгода, а потом провели одновременную акцию. Вся областная секция была уничтожена. Люди просто исчезали бесследно. Ну а затем были включены юридические механизмы. Даже выборы, знаешь ли, состоялись. В результате сейчас там командуют пособники. Периметра больше нет.
– Извини меня, Валерий, но у меня создается такое впечатление, что у вас в стране вообще не действуют законы, – озабоченно сказал Фил.
– Боюсь, мне нечего тебе возразить, – устало пожал плечами Магистр. – Мы будто переместились во времени на тысячу лет назад.
– Можно организовать эвакуацию селектов и учеников в Америку или Европу, – заметил Фил. – Мы с тобой уже говорили об этом.
– Говорили, – кивнул Магистр. – Великий исход. Эмиграция. Бегство. В недавней истории страны мы подобное уже пережили. Повторение, мягко говоря, нежелательно. Впрочем, не все так безнадежно, у нас есть некоторые предложения… Собственно, на завтрашней встрече ты сам все услышишь. Для этого мы тебя и пригласили. К счастью, в новгородском Периметре мы пока контролируем положение. Кстати, ты не был в Новгороде? Прекрасный город. Периметр начинается прямо у его окраины. Красивейшие места! Однако не пора ли нам двигаться дальше? Если наши молодые друзья уже отдохнули…
– Я не устал! – Гоша стремительно вскочил со своего места, стукнулся головой о потолок и согнулся, шипя ругательства.
Нестеров тоже поднялся, но гораздо осторожнее.
– Нужно одеваться? – спросил он у Гонты.
– Нет, – помотал тот головой. – Шагнем прямо отсюда, да и дорога дальше будет полегче.
* * *
Прошедший день оказался отвратительным. Комитет по безопасности в очередной раз прокатил проект закона о борьбе с коррупцией. Строго говоря, в этом не было бы ничего неожиданного: в полном составе комитета представители анималов имели большинство в два голоса. Однако именно сегодня Бруно рассчитывал на победу. Три депутата противной стороны, включая председателя комитета, по его сведениям, должны были отсутствовать на заседании. Бруно был заместителем председателя, он вел сегодняшнее заседание и с самого начала предложил вернуться к многострадальному закону. Обсуждение шло довольно гладко, дежурные возражения откровенных противников Бруно достаточно легко парировал, казалось, все завершится благополучно и окончательно доработанный проект закона наконец-то ляжет в рабочий портфель Государственной Думы. Но как раз к моменту голосования в аудитории появились все три отсутствующих депутата. Проект не был отвергнут. С перевесом в два голоса комитет вынес решение продолжить работу над документом с учетом высказанных в ходе обсуждения замечаний, чтобы рассмотреть его на следующей сессии.
Бруно был не столько огорчен, сколько взбешен, ему пришлось очень постараться, чтобы не позволить ярости вырваться наружу. И все же продолжать сегодня участвовать в работе комитета он не мог. Сославшись на неотложные дела, он покинул заседание и заперся в своем кабинете. Когда в дверь постучали, Бруно просто сидел за пустым столом, предаваясь невеселым размышлениям. Несколько секунд он раздумывал, стоит ли открывать: встречаться сейчас ему ни с кем не хотелось, но стук повторился, посетитель оказался настойчивым, и Бруно отпер замок.
Гость не был ему знаком. Бруно окинул его коротким взглядом и нахмурился. От этого человека в дорогом, прекрасно сшитом костюме несло острым звериным запахом.
– Чем обязан?
– Моя фамилия Верейкис, – гость вложил в руку Бруно визитку. – Я представляю Фонд гуманитарных исследований. У меня к вам небольшое дело, Евгений Карлович. Прошу уделить мне десять минут.
– Проходите, – сказал Бруно, рассматривая визитку. – Итак: господин Верейкис. Вы, часом, с Перловым не знакомы?
– Это один из директоров нашего фонда, – охотно ответил гость, взял стул и сел напротив. – Я прочитал вашу статью о бедственном положении Заозерского кардиологического центра, – начал он. – В самом деле ужасно, что единственное медицинское учреждение на четыре близлежащие области, обладающее уникальными специалистами и методиками, находится на грани закрытия.
Тут Верейкис сделал паузу, но поскольку Бруно молчал, спустя несколько секунд продолжил:
– Наш фонд решил оказать целевую помощь центру. Мы намерены выделить двести тысяч долларов на ремонт помещений и закупку необходимых медикаментов. Понимаю, что эта сумма может показаться не очень значительной, но в качестве первого взноса все же неплохо, вы со мной согласны?
– Вашу инициативу можно только приветствовать, – пожал плечами Бруно. – Очень нужное и благородное дело. Не понимаю только, почему вы пришли с ним ко мне.
Верейкис весело засмеялся и откинулся на спинку стула.
– Сейчас я все объясню. Нам очень импонирует ваша деятельность в качестве депутата Государственной Думы. А выборы, как вы знаете, не за горами. В сущности, избирательная кампания уже идет, она не прекращается никогда, и если вы – действующий депутат и будущий – надеюсь! – кандидат сами, лично, спасете кардиологический центр от гибели, ваши шансы не просто возрастут. Вы станете недосягаемым для соперников в вашем избирательном округе. А мы не гонимся за славой. Нам достаточно знать, что выделенные средства действительно потрачены на благое дело.
– Вы не могли бы немного конкретнее, – попросил Бруно.
– Конечно! – Верейкис открыл портфель и вытащил яркую папочку с подшитыми внутри документами. – Мы открыли банковский счет на всю выделенную сумму, а право распоряжения им оформили непосредственно за вами. Вот, пожалуйста, посмотрите. Тут выписка из протокола заседания правления фонда, банковские документы, доверенность…
Ухмыльнувшись, Бруно взял папку и быстро пролистал бумаги.
– Здесь идет речь о двухстах пятидесяти тысячах, – сказал он.
– Да? – очень удивился Верейкис. – Значит, я немного ошибся. Ну, это неважно. Двести пятьдесят – так двести пятьдесят. Надеюсь, против такой ошибки вы не станете возражать?
Бруно закрыл папку и придвинул ее к Верейкису.
– Это взятка, – объявил он. – Хотя вас за нее к ответственности не привлечешь. Оформлено все очень грамотно. Судя по документам, деньги выделены именно на восстановление кардиоцентра. Но по сути это взятка. Интересно, за что?
– Это не взятка, а помощь, – мягко возразил Верейкис. – Прежде всего кардиоцентру, ну, и вам, разумеется, тоже.
– Хорошо, помощь, – легко согласился Бруно. – Я так понимаю, что вы рассчитываете на какую-то ответную услугу с моей стороны?
Верейкис протестующе поднял ладони:
– Решение нашего правления вас ни к чему не обязывает…
– Это я тоже понимаю, – быстро перебил Бруно. – Давайте же не отнимать друг у друга время.
– Хорошо, – тон Верейкиса изменился, сделался жестче. – Я хочу, чтобы вы поняли меня правильно. Действительно, мы были бы весьма признательны, если бы нашли взаимопонимание с вами при решении некоторых проблем. Ну, например, вы бы могли несколько ослабить давление на губернатора Кашинцева. Человек действительно совершил по неопытности несколько ошибок. Не смертельных. К тому же в большинстве случаев его просто подставили недобросовестные исполнители. Но сейчас из-за этой кампании в прессе дезорганизована жизнь всей области.
– Ошибок? – Бруно изумленно взглянул на собеседника. – Преступлений, вы хотите сказать? Хищение огромных средств, устранение конкурентов, тотальная криминализация территории.
– Вы сильно преувеличиваете, – поморщился Верейкис. – Я понимаю, вы талантливый журналист, но, как все журналисты, склонны к некоторой драматизации событий.
– Я – депутат Государственной Думы, – с нажимом произнес Бруно. – И в истории с Кашинцевым действую именно как депутат.
– Конечно, конечно… И все же мы бы очень просили вас отнестись к господину Кашинцеву по-человечески. Я вас уверяю, это весьма достойный политик, и в том, чтобы скандал наконец прекратился, заинтересованы очень влиятельные круги. А также люди, вложившие в кандидатуру губернатора очень много сил и средств.
– Средств. Это главное. Я вас понял, – Бруно встал, взял папку и протянул Верейкису. – Считайте, что ваш визит закончился неудачей. Мой запрос в Генеральную прокуратуру и МВД в отношении Кашинцева уже отправлен. И я буду внимательно следить за развитием событий. Мне отчего-то кажется, что вор должен сидеть в тюрьме. А вы как считаете?
Верейкис тоже встал. Взял папку и небрежно бросил в портфель. Губы его растянулись. Не улыбка то была, а хищный оскал. «Ну, укуси», – вяло подумал Бруно.
– Вы совершаете серьезную ошибку, – промурлыкал Верейкис. – Боюсь, очень скоро вам придется об этом пожалеть.
– Вы мне угрожаете?
– Я вас просто предупреждаю.
– Пошел вон отсюда, – брезгливо сказал Бруно. Верейкис оскалился еще больше, голова его ушла в плечи, и Бруно показалось, что Верейкис в самом деле на него бросится. Он ждал продолжения с большим интересом, но в следующую секунду посетитель выпрямился, аккуратно застегнул портфель и пошел к выходу. – Вы пожалеете, – повторил он, захлопывая за собой дверь.
Хотелось умыться. Принять душ и послать все к черту. Бруно принялся собирать вещи. В Новгород желательно было попасть часам к десяти вечера. Встреча в Периметре, как он полагал, продлится часа три-четыре. Бруно рассчитывал, что успеет вернуться в город к началу пленарного заседания Думы. Он любил дальние поездки в хорошую погоду и сейчас предвкушал удовольствие от дороги. Ему нравилось сидеть за рулем самому. Бруно позвонил в гараж и вызвал служебную машину. Водитель довезет его до дома, а там Бруно пересядет на свою «десятку».
Возле главного подъезда стоял немногочисленный пикет зеленых. Пикетчики, насколько понял из содержания плакатов Бруно, требовали запретить ввоз в страну ядерных отходов. От подъезда их отделяла цепочка хмурых милиционеров с дубинками. Милиционеры к этому часу устали от службы, появление пикетчиков воспринимали как незапланированную причину задержки на работе и горели желанием ее немедленно ликвидировать. Пикет был санкционирован городскими властями, и милиционерам лишь оставалось надеяться на провокации, но пикетчики вели себя тихо и вежливо. Милиционеров не трогали, топтались, вяло помахивали своими плакатами и практически ничего не кричали. Зеленое движение в столице понемногу выдыхалось. Бруно шел по выгороженному железными барьерами проходу от подъезда к мостовой, когда внезапно ощутил внутренний толчок.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов