А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Да, — поддержала его Миранда, — что это была за тварь?
— Я о подобном никогда не слышал, — вставил Томас, — а воспоминания, доставшиеся мне от Ашен-Шугара, очень обширны.
— Это потому, что валкеру никогда не встречали ничего, подобного Залтайсу, — пояснил Накор, садясь на траву рядом с Пагом. — В основном по той причине, что он не живое существо.
— Не живое? — переспросила Миранда. — Может, все-таки объяснишь без своей обычной витиеватости?
Накор улыбнулся.
— Ты сейчас мне напоминаешь свою мать в лучшие моменты.
— А что, были такие моменты? — поинтересовалась Миранда с едва скрываемым презрением.
Непривычно задумчиво Накор отозвался:
— Да, были, очень давно.
— Ты говорил про Залтайса, — напомнил ему Паг.
— Фэйдаву привлек к занятиям черной магией его советник, Кахил, — объяснил Накор. — Думаю, Кахил с самого начала стоял за тем, что творилось в Новиндусе. Он был невольным орудием пантатианцев, которое каким-то образом добилось относительной свободы, и он использовал это, чтобы создать для себя место, с которого удобно манипулировать другими… — Поколебавшись, он добавил: — Точно так же, как Джорна стала леди Кориссой и контролировала Повелителя Страха и Дагакона много лет назад. Кахил с самого начала был рядом с Фэйдавой. Он избежал уничтожения и продолжал советовать, и… я подозреваю, что он убедил Фэйдаву обратиться к тем самым силам, которые уничтожили Изумрудную Госпожу змей и короля демонов. Он служил силе, которую мы не называем, и, как и большинство ее прислужников, даже не знал, кому служит, просто ощущал потребность сделать то-то и то-то.
— А как насчет Залтайса? — поинтересовалась Миранда. — Что ты имел в виду, когда сказал, что он не живое существо?
— Он еще меньше принадлежал этой реальности, чем демоны или даже Повелитель Страха. Он явился из Седьмого Круга ада.
— Но чем он был? — спросил Паг.
— Мыслью, скорее всего сном.
— Мыслью? — недоуменно повторил Томас.
— А когда я заглянул в рифт? — спросил Паг.
— Ты увидел разум бога.
— Не понимаю, — признался Паг.
Накор похлопал его по плечу.
— Поймешь через несколько столетий. Пока представь себе, что бог спал и видел сны, и во сне он увидел, что какое-то крошечное существо произнесло его имя и таким образом стало ему служить. Во сне это его орудие начало творить хаос и призвало его, и он послал своего ангела отчаяния ответить на зов. И этот ангел управлял его орудием.
— Почему Залтайса нельзя было убить? — спросила Миранда.
Накор улыбнулся.
— Миранда, сон убить невозможно. Даже дурной сон. Его можно только отослать туда, откуда он пришел.
Томас потрогал свою губу.
— По мне, так этот сон был достаточно осязаемый.
— О, сон бога вполне реален, — объяснил Накор.
— Нам пора, — заявил Паг.
— Куда? — спросила Миранда. — Обратно на остров?
— Нет, — сказал Накор. — Надо сообщить принцу, что вожаки противника мертвы.
— Тогда в Крондор, — решил Паг.
— Да, еще кое что, — заметила Миранда.
— Что? — спросил Накор.
— Ты как-то сказал, что демон Якан сменил мою мать во главе армии, но ты так и не объяснил, что случилось с ней.
— Твоя мать мертва, — скупо сообщил Накор.
— Ты уверен? — спросила Миранда.
— Вполне, — кивнул чародей-исалани.
Паг встал, все еще нетвердо держась на ногах.
— Райана отнесет меня обратно в Эльвандар, — сказал Томас.
Паг обнял старого друга.
— Мы снова прощаемся.
— Но мы еще встретимся, — ответил Томас.
— Доброй дороги, старый друг.
— И вам троим тоже, — сказал Томас.
Он взобрался на спину дракону. Два удара крыльев, и вот Райана уже свернула к западу, по направлению к Эльвандару.
— Ты сумеешь доставить нас всех в Крондор? — спросил Паг.
— Я справлюсь, — кивнула Миранда. Взяв их за руки, она закрыла глаза, и реальность вокруг них поплыла.
Они появились в тронном зале крондорского дворца как раз тогда, когда сигнал трубы призвал резервные отряды к главным воротам.
* * *
— Если не получается проскользнуть в ворота и отпереть их… — начал Густав.
— … то их надо снести, — закончил Дэш.
Они услышали грохот: это по дороге к главным воротам катили таран. Дорога в город с востока представляла собой длинный пологий склон холма, а таран был огромный — его соорудили из пяти деревьев, соединив их прочными веревками. По обеим его сторонам ехали всадники с веревками для управления, но когда они достигли последнего участка дороги перед воротами, то отпустили веревки и свернули в сторону.
Таран набрал скорость и загрохотал еще громче. Он уже был в пятидесяти ярдах от ворот. Следя за его приближением, Дэш машинально схватился покрепче за каменную стену, готовясь к толчку.
Вдруг кто-то протолкнулся между Густавом и Дэшем и простер руку над стеной. От его руки потянулась полоса света, и Дэш, обернувшись, увидел, что рядом стоит его прадед.
— Довольно! — гневно крикнул Паг, и таран рассыпался на тысячу пылающих щепок.
Чего бы кешианцы ни ждали, но явно не этой демонстрации магии. Их атака, намеченная на тот момент, когда таран пробьет ворота, была скомкана — вместо открытых ворот всадников встретила очень высокая стена с лучниками наверху.
Они остановились в смятении, а со стены защитники города выпустили в них ураган стрел.
— Нет! — крикнул Паг и, взмахнув руками, послал волну жара, которая превратила стрелы в пылающие головешки, не долетавшие до цели. Повернувшись к Дэшу, он сказал: — Я не вижу здесь других офицеров. Ты тут главный?
— Пока да, — ответил Дэш.
— Тогда прикажи своим людям, чтобы перестали стрелять.
Дэш так и сделал, и кешианцы отступили невредимыми.
— Пошли герольда к кешианскому командующему, — скомандовал Паг. — Скажи ему, что я хочу встретиться с ним во дворце принца через час.
— Во дворце? — переспросил Дэш.
— Да, когда он прибудет, откройте ворота и впустите его.
— А если он не придет?
Паг повернулся, жестом позвал за собой Миранду и Накора, стоявших за сторожевой башней, и спокойно ответил:
— Он придет, или я уничтожу его армию.
— Но что мне ему сказать? — спросил Дэш.
— Скажи ему, что война окончена.
* * *
Бледный и выглядящий слабым Патрик стоял перед своим троном, когда генерал Ашам ибн Альтук вошел в зал в сопровождении стражника и слуги. Генерал слегка поклонился.
— Я здесь, ваше высочество.
— Я не звал вас, — заявил Патрик.
Паг шагнул вперед.
— Это я звал.
— А ваше имя? — поинтересовался генерал.
— Меня зовут Паг.
Генерал приподнял бровь — это имя было ему знакомо.
— Волшебник из Звездной Пристани!
— Он самый.
— Зачем вы меня вызвали?
— Чтобы предложить вам повернуть армию и отправиться домой.
— Если вы думаете, что этот спектакль у ворот меня отвлечет… — начал генерал.
Вбежал стражник и сообщил:
— Ваше высочество, там схватка!
— Я под флагом перемирия! — объявил генерал.
— Где бой? — спросил Патрик стражника.
— За стеной! Похоже, кешианцев атакует кавалерия и с севера, и с юга.
— Генерал, — сказал Патрик, — эти подразделения сейчас не под моей командой. Они явно спешат на помощь Крондору и не знают о перемирии. Вы вольны вернуться к своим людям.
Генерал поклонился и собрался уходить, но Паг вдруг произнес:
— Нет!
— Что? — одновременно отозвались принц и генерал.
— Это закончится сейчас! — заявил Паг и исчез. Накор, стоявший рядом с Мирандой в углу, усмехнулся.
— Для усталого человека он неплохо держит темп.
— Верно, — согласилась Миранда со слабой улыбкой.
Паг появился над центром поля боя и увидел, что обозные телеги в тылу кешианской позиции горят, а с прибрежной дороги с севера атакует кавалерийский отряд, зажав кешианцев между двумя атакующими колоннами.
Паг повис в воздухе сотней футов выше поля битвы и хлопнул в ладоши; людей внизу оглушил раскат грома. Некоторые в испуге попадали с седел. Люди поднимали головы и видели в воздухе человека, вокруг которого вдруг вспыхнул яркий свет, золотое сияние, более ослепительное, чем солнце. Его голос донесся до каждого солдата, будто он стоял рядом с ними.
— Пора с этим кончать.
Взмахнув рукой, он послал по воздуху энергию, создававшую видимую рябь. Волна эта ударила по всадникам и сбила тех, кто еще оставался верхом.
Люди повернулись и побежали.
Джимми удалось удержаться на лошади, которая дрожала и взбрыкивала и наконец пустилась вскачь. Джимми позволил ей пробежаться, потом развернул ее и остановил. Он увидел, как другие кони разбегаются во все стороны, а кешианцы спешат к своему горящему обозу. Посмотрев наверх, туда, где висел в воздухе Паг, он снова услышал его голос.
— Пора кончать.
Потом Паг исчез.
* * *
— Ну что ж, — произнес Накор, — по крайней мере ненадолго ты добился того, что они перестали сражаться.
Принц удалился, а кешианский генерал вернулся к своей армии, а они втроем сидели в одной из заброшенных комнат дворца.
— Я остановлю их навсегда, — решительно сказал Паг.
— Каким образом? — поинтересовалась Миранда.
— Я устал от убийств, — заявил Паг. — Я устал от разрушений. Но больше всего я устал от бессмысленной глупости вокруг меня. — Он подумал о людях, которых потерял на войне, от друга детства Роланда и лорда Боуррика до Оуэна Грейлока, которого он не очень хорошо знал, но успел почувствовать к нему симпатию после зимовки в Даркмуре. — Слишком много хороших людей и слишком много невинных. Это не может продолжаться. Если придется, я… не знаю, поставлю стену между двумя армиями. Я так и сделаю.
— Ты что-нибудь придумаешь, — успокоил его Накор. — Когда принц и генерал успокоятся, ты скажешь им, чего хочешь.
— Когда вы снова встречаетесь? — спросила Миранда.
— Завтра в полдень.
— Отлично, — заявил Накор. — Значит, у меня будет время посмотреть, случилось ли то, что, как я думаю, случилось.
— Ты опять говоришь загадками, — пожурила его Миранда.
Накор улыбнулся.
— Пойдем со мной, и ты посмотришь. Можем чего-нибудь поесть.
Он вывел их из комнаты, а потом и из дворца, мимо гвардейцев, которые стояли на посту, с тревогой ожидая, что им придется вернуться на стены и вновь сражаться.
Выходя из дворца, они увидели всадников, въезжающих во двор через южные ворота. Заметив во главе их своего второго правнука, Паг махнул ему рукой.
— Я все видел, — сказал Джимми, подъезжая. У Пага сжалось сердце от того, как усмешка юноши напоминала улыбку Гамины. — Ты спас жизни многим моим людям. Спасибо.
— Я рад, что и тебе тоже помог, — отозвался Паг.
— А Дэш…
— Он жив и, пока Патрик не выздоровеет, будет управлять городом.
Джимми рассмеялся.
— Вряд ли ему это очень нравится.
— Пойди повидай его, — предложил Паг. — Мы идем в храм Накора и вернемся утром. В полдень у нас назначена общая встреча, чтобы покончить с этой чепухой.
— Буду рад присутствовать, — сказал Джимми. — Дуко просто чудо, и он умудрился удержать Юг под контролем, несмотря на эту историю с Кешем, но на нас давят с обеих границ, и я не представляю, как дела на Севере.
— Та война тоже закончена.
— Я рад это слышать, прадедушка, — отозвался Джимми. — Увидимся утром.
— Пойдем, — позвал его Накор. — Я хочу увидеть, что случилось.
* * *
Они поспешили через город, медленно возвращающийся к обычной жизни. Людей на улицах было еще мало, и они добрались до храма очень быстро.
Снаружи палатки никого не было видно, но внутри они застали толпу сидящих на полу людей. В центре комнаты тоже сидела на полу, а не висела в воздухе, Алета, и сияние вокруг нее исчезло — как и сгустившаяся под ней ужасная тьма.
Подбежал Доминик и воскликнул:
— Накор! Как я рад тебя видеть!
— Когда это случилось? — спросил Накор.
— Несколько часов назад. Она висела в воздухе, и вдруг тьма под ней исчезла, будто ее утянуло в дыру, а девушка плавно опустилась на пол, открыла глаза и начала говорить.
Паг и остальные прислушались к тому, что говорила Алета, и Накор немедленно заметил:
— У нее голос изменился.
Паг не знал, как девушка говорила раньше, но наверняка не так — сейчас у нее был просто волшебный голос, негромкий, но ясно слышимый и к тому же музыкальный.
— Что она говорит? — спросила Миранда.
— С тех пор как очнулась, она говорит о природе добра и зла, — сказал Доминик. Он посмотрел на Накора. — Когда ты основал этот орден и сказал нам, что собираешься сделать, я сомневался, но знал, что нужно попробовать. Но то, что мы видим перед собой, — это абсолютное доказательство того, что могущество Ишапа должно было быть разделено с орденом Арх-Индар, ибо перед нами живое воплощение богини.
Накор рассмеялся.
— Не так витиевато. Пойдем. — Он провел их через сидящую толпу и подошел к девушке. Она продолжала говорить, не обращая на него внимания. Накор опустился на колени и посмотрел ей в глаза. — Она повторяется? — спросил он.
— Да, — отозвался Доминик, — по-моему, да.
— Кто-нибудь записывал ее слова?
Сидевший в стороне Шо Пи вставил:
— Два послушника все записывали. Это начало третьего повторения той же самой проповеди.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов