А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

»
Створки разом распахнулись, вызвав такой сильный сквозняк, что ее буквально внесло в большой пиршественный зал Кейлавера, прежде чем она успела сделать хотя бы шаг. Стоявшие по обе стороны от входа герольды поднесли к губам трубы и разом затрубили. Грейс в страхе присела: впечатление было такое, как будто у нее под ухом выстрелили из пушки.
— Ее светлость герцогиня Беккеттская! — громогласно объявил чей-то могучий голос.
Шум в зале моментально стих. Десятки пар глаз обратились к ней. Грейс замерла на пороге, как олень, выхваченный из мрака светом автомобильных фар, не имея ни малейшего представления, как вести себя дальше. Борясь с подступающей паникой, она обвела зал взглядом в поисках знакомого лица. Чьего угодно, лишь бы зацепиться, изобразить радость встречи и в процессе бурного проявления чувств уйти на второй план и ускользнуть от жадного внимания толпы.
Но никого из знакомых рядом не оказалось. Все в зале — от рыцарей до лакеев, от лордов до слуг — были чужими, и все смотрели на нее с откровенным любопытством. Никогда прежде не чувствовала она себя такой безнадежно беспомощной и одинокой.
— Идем со мной, — пророкотал ей прямо в ухо смутно знакомый бас.
Грейс так обрадовалась, что забыла испугаться. Сильная мужская рука, как перышко, подхватила ее под локоть и повлекла к ближайшему алькову. Не успела она и глазом моргнуть, как очутилась лицом к лицу с королем Бореасом.
— Ваше величество! — пролепетала Грейс, пытаясь одновременно присесть в реверансе. Король нахмурился:
— Разве я не приказывал вам забыть о формальностях?
— Не припомню, ваше величество.
— Тогда приказываю сейчас. Ненавижу, когда все вокруг только и делают, что приседают и кланяются. У меня от этого морская болезнь разыгрывается.
Грейс выпрямилась. Она уже успела забыть, как импозантно и величественно выглядит Бореас. На нем был строгий шитый серебром костюм из темного бархата; в густых и черных как смоль волосах и бороде отсвечивали блики горящих вдоль стен факелов.
— Как пожелает ваше величество.
Король шумно фыркнул, напоминая в этот момент рассерженного быка.
— Если бы все шло в соответствии с моими желаниями, мне в первую очередь не пришлось бы созывать этот проклятый Совет! Ну как, удалось вам выяснить позицию посланников из других доминионов, миледи?
— Помилуйте, ваше величество, я же только вошла! Бореас недоверчиво хмыкнул, очевидно, находя последний аргумент малоубедительным.
— Вы сказали, «выяснить позицию», ваше величество, — торопливо продолжала Грейс. — Могу я узнать, позицию по отношению к чему?
Король непроизвольно сжал пальцы в увесистый кулак.
— К войне, чему же еще?! Я должен знать, какие из доминионов согласны поддержать меня в военных действиях и какие нет.
— В военных действиях против кого, ваше величество? Голубовато-стальные глаза Бореаса угрожающе сузились.
— Уж не издеваетесь ли вы надо мной, миледи? — осведомился он с ноткой раздражения в голосе. — Против тех, кто угрожает безопасности доминионов, разумеется!
Грейс инстинктивно отступила на шаг назад.
— Разумеется, ваше величество, — поспешно проговорила она, думая в то же время о словах Кайрен. Почему король Бореас так стремится к войне? Эйрин рассказывала ей о необычно ранней зиме, недороде, моровой язве и чрезмерно расплодившихся шайках разбойников на дорогах, но ни словом не упомянула о какой-либо внешней угрозе, требующей привлечения регулярной армии.
— Ладно, занимайтесь своим делом, миледи, — буркнул Бореас. — А я вынужден вас покинуть. Среди присутствующих полно гостей, которых я должен поприветствовать лично, иначе лорд Олрейн начнет кудахтать, как клушка над своим выводком.
Король удалился, и Грейс смогла наконец перевести дыхание и немного успокоиться. Тут подоспела Эйрин, которая уже несколько минут вертелась поблизости, наблюдая за ее беседой с монархом с безопасного расстояния. На ней было то же самое сапфировое, под цвет глаз, платье, что и в первый день их знакомства. Затейливую прическу на голове прикрывала тонкая шелковая сетка, изукрашенная мелкими драгоценными камнями.
— Ах, как здесь волнительно, Грейс! — воскликнула она, раскрасневшись от возбуждения.
Грейс иронически приподняла бровь.
— Очень точное определение, правда, не совсем для меня подходящее, ты не находишь? Баронесса вздохнула:
— Ах, как бы мне хотелось быть похожей на тебя, Грейс!
— Откуда у тебя взялось такое дурацкое желание?
— А как же иначе? — удивилась Эйрин. — Ты прекрасна, ты ослепительна, у тебя осанка и величие настоящей королевы. Даже одежда лакея, которая была на тебе в первый день, никого не ввела в заблуждение. Все — и король, и Кайрен, и лорд Олрейн — сразу распознали в тебе королевскую кровь. А сегодня… — Она подняла руку, предупреждая возражения Грейс. — Да-да, я помню, о чем ты рассказывала утром. Я знаю, что… в твоем мире, на Земле, ты была целительницей, но это не имеет никакого отношения к твоей внешности. Неужели ты не заметила, как все рты по-разинули, когда ты вошла?
Неприкрытое изумление на лице Грейс было достаточно красноречивым ответом на страстный монолог баронессы.
— Нет, не может быть! — прошептала пораженная Эйрин. — Ты и вправду не знаешь…
Не договорив, она схватила Грейс за руку и отвела в уголок, где на стене висело большое зеркало из полированного серебра — повешенное для удобства гостей и придворных. Грейс сначала не узнала себя. Из оправы зеркала на нее смотрела высокая стройная женщина потрясающей красоты. Роскошное платье цвета зимних сумерек облегало ее тонкий стан. На гибкой красивой шее покоилась изящная головка с высокими скулами. Коротко подстриженные волосы, элегантно зачесанные назад, открывали маленькие, безупречной формы ушки. На идеальном овале хрупкого матово-бледного лица выделялись сияющие, как солнце в листве, глаза.
«Осанка и величие настоящей королевы». «Господи, да это же я!» — запоздало сообразила Грейс.
Так вот почему они глазели на нее с таким нескрываемым любопытством! Не насмехаясь или осуждая, а… Да нет, чушь какая-то! Должно быть, зеркало врет. Как она была неприметной серой мышкой из отделения экстренной помощи захудалого муниципального госпиталя, так и осталась ею. Только в сказках гадкий утенок превращается в прекрасного лебедя. В жизни все происходит по-другому. И не о чем тут больше рассуждать! Она отвернулась от зеркала и хотела было поделиться своими соображениями с Эйрин, но в этот момент услышала мощный голос Бореаса, легко перекрывший царящий в зале шум:
— Баронесса Эльсандрийская! Эйрин вздрогнула, как от укола. Грейс криво усмехнулась.
— Похоже, его величество и минуты не может без тебя обойтись.
— Как ты догадалась? — в притворном испуге округлила глаза баронесса. Она уже двинулась в направлении короля, как вдруг задержалась и вновь повернулась к Грейс, вопросительно глядя на подругу.
— Ступай, — махнула рукой Грейс. — Как-нибудь справлюсь одна. Иди, не бойся, со мной все в порядке, — добавила она, втайне надеясь, что не очень грешит против истины.
Эйрин помахала рукой на прощание.
— Я найду тебя, как только освобожусь.
Теперь, когда Грейс осталась одна и перестала привлекать всеобщее внимание, у нее впервые появилась возможность осмотреться. Большой пиршественный зал был убран под зимний лес. С закопченных потолочных балок свисали ветви падуба и лапы хвойных деревьев. Ими же были декорированы стены от основания и выше. Исходящий от них аромат мешался с дымом многочисленных факелов. По углам зала стояли цельные стволы с голыми, обсыпанными чем-то белым сучьями. Общую картину, как бы символизирующую окруженную деревьями поляну, дополняли настенные гобелены с изображениями охотничьих сцен и лесных пейзажей. Краски немного потемнели от времени, но от этого эффект присутствия только усилился.
Лишь один предмет обстановки дисгармонировал с созданной придворными декораторами иллюзией, да и вообще казался здесь совершенно неуместным. У стены близ дверей меж двух деревянных опор параллельно полу было подвешено массивное кольцо из черного камня диаметром в человеческий рост. Заинтересовавшись, Грейс подошла поближе. Материал кольца с виду напоминал обсидиан, но с тем же успехом мог оказаться и метал-лом. Можно было только гадать, с какой целью установлено в «банкетном» зале это странное сооружение.
Пол устилала свежая солома. Около дюжины длинных столов на козлах тянулись через все помещение, соединяясь под прямым углом с королевским столом, установленным на возвышении в дальнем конце зала. Между столами сновали полчища слуг и лакеев с блюдами и подносами. Пир еще не начался, и приглашенные пока бродили по залу с кубками вина в руках, иногда останавливаясь и вступая в беседы между собой. Как ни странно, обстановка успокаивающе подействовала на Грейс. Если не брать в расчет нелепые средневековые наряды гостей и задрапированные гобеленами голые каменные стены, это сборище мало чем отличалось от ежегодных рождественских вечеринок для персонала в Денверском мемориальном. Да и собравшиеся здесь лорды вряд ли смогли бы переплюнуть в подсиживании и интригах больше некоторых сотрудников госпиталя, особенно из управленческого эшелона.
Первое впечатление не обмануло Грейс: присоединившись к толпе гуляющих по залу гостей, она быстро убедилась в том, что тот же Морти Андервуд, наряди его в средневековый костюм, ботфорты и шляпу с пером, отлично вписался бы в общую атмосферу. Однако Грейс в своих рассуждениях совершенно упустила из виду, что в больнице она занимала лишь одну из низших ступеней в иерархии, будучи скромным врачом отделения экстренной помощи, тогда как здесь, в Кейлавере, выступала в роли владетельной герцогини Беккеттской. Не прошло и минуты, как она почувствовала разницу на собственной шкуре.
— Доброго вечера вашей светлости, — приветствовала ее строгая дама средних лет в красном платье — не ниже графини рангом, судя по богатству наряда. Толстый слой пудры и румян не смог до конца скрыть следы оспин у нее на щеках. — Я вижу, вы предпочитаете являться последней, дабы обратить на себя внимание всех тех, кто пришел вовремя. Что ж, трюк не новый, но всегда действенный.
— Вовсе не трюк, миледи, — покачала головой Грейс. — Вероятно, посланный за мной паж где-то задержался, поэтому я и опоздала.
— В самом деле? — недоверчиво сверкнула глазами дама.
— Прошу прощения, ваша светлость, — прервал диалог молодой человек — эрл или простой рыцарь, исходя из его сравнительно скромного облачения, — не желаете ли чего-нибудь выпить? — Он щелкнул пальцами, подзывая разносящего напитки лакея, и продолжал, лукаво прищурившись: — Вам, наверное, пришлось очень долго добираться до Кейлавера? Или не очень? Если не ошибаюсь, дорога от Беккетта…
— Боюсь, я попала сюда не той дорогой, какую вы имеете в виду, милорд, — сухо сказала Грейс.
Юнец вздрогнул, как от пощечины, втянул голову в плечи и поспешно ретировался, забыв о предложении угостить ее выпивкой. А жаль: стаканчик прохладительного или даже горячительного ей бы сейчас не помешал.
Вместо любопытствующего молодого повесы подступы к Грейс оккупировали сразу несколько других знатных господ. Бореас был прав: одно ее присутствие привлекало людей и развязывало им языки. Задаваемые ими вопросы выглядели внешне невинными, но за каждым крылось жгучее желание узнать, кто она такая, откуда взялась и на что претендует.
К кучке окружающих Грейс лордов и леди приблизился тучный коротышка в несколько легкомысленном костюме золотисто-алых тонов. Должно быть, он был какой-то важной персоной, потому что остальные почтительно расступились, пропуская его. Остановившись перед ней, толстяк отвесил небрежный полупоклон, хотя подобное проявление невежливости объяснялось, вполне возможно, скорее чрезмерной объемистостью чрева, нежели недостатком галантности, и представился:
— Лорд Ольстин.
Он произнес это таким тоном, как будто не сомневался в том, что Грейс отлично известно, кто такой лорд Ольстин. Впрочем, порывшись в памяти, Грейс с удивлением обнаружила, что его имя ей и в самом деле знакомо. Пару дней назад Эйрин ознакомила ее со списком представителей приглашенных на Совет Королей владык Семи доминионов, в котором содержались краткие сведения о них, включая титулы и придворные должности. Лорд Ольстин значился там сенешалем Лизандира, монарха Брелегонда.
— Счастлива познакомиться с вами, милорд.
Унизанные перстнями пухлые пальцы Ольстина сомкнулись вокруг пустого кубка с такой силой, словно он намеревался его раздавить.
— Король Бореас ничего не говорил нам о том, что в Кейлавере во время заседаний Совета будут присутствовать и другие знатные особы, помимо приглашенных. — Ольстин намеренно повысил голос, очевидно, желая донести свое недовольство до всех присутствующих.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов