А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Оно является к каждому народу, к каждому человеку таким, каким он сумеет Его лучше понять и принять, и говорит с каждым на его языке. Оно — Единое, Животворящее, Всесозидающее, Отец и Мать, порождает жизнь, оно есть Благо, оно есть Любовь бесконечная…
— Орел кружит в вышине. Бездонное небо. Здесь, на вершине Менельтармы, его цвет кажется особенно густым, даже темным, словно сквозь него просвечивает Стена Ночи. Оно медленно приближается — или это он сам летит в небо?
Орел кружит в вышине.
А внизу раскинулся в золотисто-голубоватой дымке Нуменор. Переливчатая шкура невиданного спящего зверя. Он тихо дышит во сне — и ходят под ветром травы, и гнутся деревья и поют птицы…
Орел кружит в вышине.
И хочется плакать от восторга, гордости, любви и восхищения невероятной красой сущего, которая сейчас открывается ему здесь, на вершине.
Полет. Полет, полет…
Орел кружит в вышине…
Нуменор, земля предков. Благословенная, драгоценная до крови в горле земля, как я смел отречься от тебя? Как я, слепец, не увидел тебя за своими мелочными обидами, за той жалкой плесенью людских низменных страстей, которая показалась мне больше тебя? Как я смел забыть твое все, отречься от тебя, отречься от себя самого?
— …У тебя нет судьбы. Ты отрекся от нее. Ты предал себя в чужие руки и судьбу свою тоже. Отрекись от Силы! Отрекись от кольца, ты можешь. Все в силах Солнца, лишь сделай шаг, протяни руку! Верни свою судьбу!
«А эта девчонка хорошо умеет говорить, — вдруг послышался насмешливый голос где-то в самом дальнем уголке его сознания. Словно бы он сам говорил — и не он. — Совсем заморочила голову. Судьбу ты выбрал сам. И разве не Единый начертал ее тебе? Все в Замысле. Все предопределено им. Ты постиг свой Путь в Предопределенности, постиг свое предназначение. И не глупой бабе говорить тебе о твоей судьбе. Твоя судьба уже свершилась — потому никто и не может прочесть ее. Ты лучше подумай — кому выгодно, чтобы ты отступи? Подумай, кто мог ее подослать».
Синева начала распадаться на клочья и стремительно таять. Восторг и ощущение полета исчезали, уступая место какой-то торжествующей уверенности.
— Ты все сказала? — улыбнулся он, и она заметила в глубине его глаз алые искры злого смеха. Чужого смеха.
— Все, — тихо ответила жрица. — Больше мне нечего сказать.
Аргор засмеялся, взял маленькую руку Асма-анни и поднес к губам.
— Зато мне есть что сказать. Но не сейчас.
Он гибко поднялся и покинул шатер.
Проконсул Гирион уже пятый час изучал документы. Пергамента, бумажные листы, намотанные на палочки полоски ткани, деревянные таблички, клочки кожи и ткани, какие-то тряпки, палочки с тайнописью — все было скрупулезно, тщательно разобрано и подшито, снабжено комментариями. Элентур, начальник разведки Южных колоний, покинувший Нуменор еще с принцем Эльдарионом, был человеком дельным, и на приволье, вдали от родных берегов, его недюжинным способностям нашлось достойное применение. Гирион вздохнул. Принц Эльдарион. Уже десять лет прошло — а та машина, которую он создал и запустил, до сих пор не дает сбоя. Каких он подобрал людей! Их же как зеницу ока беречь надо, это не нынешние хлыщики, а настоящие, железные нуменорцы…
Да, раньше и небо было синее, и вода мокрее, и время длиннее. И нуменорцы нуменористее.
Проконсул протер покрасневшие от усталости глаза, вздохнул. Он тоже был нуменорцем старой закалки, как они сами говорили, из Когорты Эльдариона. Стало быть, плюнь на усталость и работай. Проконсул снова углубился в доклад начальника разведки Южных колоний, легата Элентура. Доклад был доставлен особым гонцом, который перевозил лишь самые срочные и архиважные донесения.
«Ситуация в Ханатте весьма неустойчива. Покойный государь передал власть в стране в руки сына, который назвал себя военным правителем, керна-ару. Насколько можно судить по донесениям, было инсценировано некое „чудо“, вести о котором усердно распространялись людьми принца и государя. Получив „поддержку богов“, Керниен еще при жизни отца начал жесткой рукой объединять государство, причем явно пользуясь примером нашей деятельности в колониях. Вполне возможно, ему служит советником кто-то из черных нуменорцев. По крайней мере, среди его самых ближних людей известен некий Аргор, который был при короле Керниене с самого начала его внезапной бурной деятельности».
Проконсул отложил пергамент. Аргор. Да, скорее всего морадан. Пока выяснить, кто это, возможным не представлялось. Этот человек был чрезвычайно удачлив — подобраться к нему более-менее близко пока что не удавалось. Говорили, что он послан Ханатте богами, что в самом его появлении виделось нечто чудесное. Проконсул усмехнулся. Эти варвары все, что угодно, припишут чуду. Однако у них если не контрразведка — в наличие оной поверить просто невозможно чушь, — так уж охрана действительно великолепна. А Аргор… что же, если, пользуясь его советами, керна-ару сумел объединить значительную часть Ханатты — не священной, слабой и призрачной властью, а по-настоящему, то этот Аргор опасен. Гирион снова вернулся к письму:
«Ханатта строит армию по нашему образцу. Пока нам не доводилось с нею сталкиваться, ибо Керниен занимался исключительно внутренними делами. В любом случае даже построенная по нашему образцу армия вряд ли сможет по боеспособности сравняться с нашей. Однако относиться к сему следует со всяческим вниманием. До настоящей, сильной и единой Ханатты еще очень далеко, но если дело пойдет так, то лет через двадцать мы можем получить весьма серьезного соседа. Все зависит от того, какие цели преследует король Керниен. Пока, насколько нам известно, никаких действий против Нуменора он предпринимать не намерен, его больше всего волнует объединение страны».
А у легата прекрасный почерк. Проконсул знал, что подозрительный Элентур такие документы пишет исключительно сам. Усмехнулся. Когорта Эльдариона!
«Об Аргоре известно очень мало. Известно, что он пользуется очень большим доверием у нынешнего короля, чрезвычайно популярен в войсках и в особенности у морэдайн. Известно, что в последнее время морэдайн получили у короля Керниена привилегии. Из них составляют отборные части войск, они имеют определенные свободы и права по сравнению с ханаттаннайн у них свое командование. В настоящее время их военачальником считается тот самый Аргор.
Наблюдается еще одна странная вещь — некоторые морэдайн отправляются в земли в тех самых горах, куда нам пока не удается проникнуть, и что там происходит — неизвестно. Странно, что они уводят туда с хороших земель, дарованных им Ханаттой. Это весьма не нравится Керниену, хотя он почему-то не пытается этому препятствовать. Ходят слухи о каком-то договоре, заключенном королем, но с кем он был заключен и в чем этот договор состоял — неизвестно. Слухи эти требуется проверить.
Нельзя отрицать одного — популярность Аргора сейчас очень велика, как среди морэдайн, так и среди ханаттаннайн. Особенно это заметно на севере Ханатты, где сейчас наблюдается странное, немыслимое ранее слияние ханаттаннайн и морэдайн. Мне кажется, мы присутствуем при зарождении нового государства…»
Если Элентур не ошибается, то… То что угодно. Понятно одно — необходимо наконец вплотную заняться этим самым Аргором. Он опасен. Очень опасен. Человек из Когорты Эльдариона умеет чувствовать скрытую угрозу даже в самых малых событиях…
Проконсул взял последний листок — точнее, клочок пергамента. Сначала он даже не понял, зачем здесь этот рисунок. Потом посмотрел на текст внизу. Откинулся на спинку кресла, уронил дрожащие руки. Нет, не может быть.
«Портрет Аргора. Сделан „тенью“ из Стражи, Вороном». Проконсул отшвырнул лист. Ворон. Этот человек обладал потрясающей памятью и блестяще рисовал. И именно он сам, проконсул Гирион, отправил его недавно на земли морэдайн выяснить, кто таков Аргор. Близко к нему Ворон подобраться не мог, однако этого и не требовалось. Ворон был обязан его увидеть и запомнить. Ворон это сделал.
О, Единый…
Понятно, почему Элентур писал отчет сам. Этого не должен был знать никто — только Когорта Эльдариона.
Когорта Эльдариона.
Кровь Эльроса неистребима. Хоть в каком поколении, хоть разведенная кровью простых смертных — а неизбежно проявится. Когда они появлялись на людях вместе с юным наследником престола, никто не сомневался в их родстве, в той невообразимо древней эльфийской и божественной крови, что текла в них. Высокие скулы, удлиненное лицо, чуть приподнятые к вискам большие глаза, маленькие мочки чуть заостренных ушей — безошибочные черты высшего рода Нуменора и всего Средиземья. И эта чуть надменная, равнодушная улыбка древних изваяний богов Ханатты. Принц Эльдарион…
Проконсул спрятал лицо в ладонях и стиснул зубы. Он просидел так довольно долго. Уронил руки, откинулся на спинку кресла, подняв лицо к потолку. Оно снова казалось совершенно спокойным. «Что же, Когорта осталась. Он научил нас действовать даже без командира. Так и поступим»
Проконсул ударил в маленький бронзовый гонг. Вошел адьютант — немолодой человек с цепким взглядом. Котта с серебряным широким кантом младшего центуриона. Проконсул кивнул и велел ему садиться.
— Вот что, Ингельд. Собирай Когорту.
Центурион поднял бровь. Затем кивнул.
Проконсул дернул уголком рта в подобии усмешки и кивнул.
Небо над Лонд Даэр прочертило белесое прозрачное крыло. Стало быть, непогода начинает украдкой тянуть воровские пальцы, и вскоре лазурное небо осени отяжелеет серым дождем. Сначала он будет легким и недолгим, словно печальный вздох, а потом тяжелым и беспросветным, холодным и бесконечным, и наступит зима. Но еще остается пара хрустальных недель. И этот день тоже был прозрачным как хрусталь. И ночь оставит на лужицах хрустальную корочку, а на траве — легкий иней.
На белой террасе, выходившей в густой сад, было тепло. Деревья не давали залететь сюда случайному холодному ветерку, а также закрывали путь любопытному взгляду. И подслушать тоже никому ничего не удастся, потому что Когорта Эльдариона умеет оберегать свои тайны. Их было семеро — остальные не успели прибыть, но ждать больше времени нет. Они будут оповещены о решении. Проконсулу не было нужды подходить издалека — это Когорта, они поймут. Потому Гирион отвернулся, глядя в темную кипарисовую зелень, и сказал:
— Аргор — Эльдарион. Он не погиб.
Молчание давило в спину. Да ладно, все сказано, теперь можно обернуться. Легат Элентур сидел, развалившись в Метеном кресле словно греющийся на последнем осеннем солнышке кот. Он-то все знал и теперь из-под полуприкрытых век наблюдал за остальными.
Надо сказать, никто и виду не подал.
— Значит, это правда, — вздохнул наконец одноглазый Линдир. — Я догадывался.
— И что теперь? — спросил самый молодой из Когорты, Халдир.
— Теперь… — вздохнул проконсул, — теперь я хотел бы знать ответ вот на какие вопросы — почему, как и есть ли возможность его вернуть? Если нет — то как его устранить.
— Предпоследний вопрос требует личной встречи. Тогда станет понятно, следует ли искать ответа на последний.
Элентур пошевелился в кресле. Все обернулись к нему, зная его манеру ошарашивать собеседников, словно бы сквозь дрему выдавая что-нибудь этакое.
— Почему и как — это можно и без встречи. Я опасаюсь того, что нам придется иметь дело не просто с другим человеком, а, как бы это сказать, не совсем с человеком…
Облачко на миг закрыло солнце, и всех пробрал неожиданный холодок.
— Вот как, — осипшим голосом проговорил Ингельд. — Есть свидетельства?
— Да, — коротко ответил Элентур. Больше не было смысла спрашивать. Все равно не скажет. Но если он сказал, то так и есть.
Повисло молчание. Проконсул покачал головой.
— В любом случае — нужна личная встреча.
— Как это сделать? — спросил Халдир.
— Госпожа Тисмани, — сказал проконсул, — последняя из рода князей Дулун и наследница всех их земель, уже довольно давно проживает под нашей рукой. Сейчас земли князей захвачены. Поскольку она признала над собой власть государя Нуменора, мы можем спорить об этих землях. Каким бы гениальным ни был этот Аргор, — проконсул осекся, затем продолжил: — …Аргор, с Нуменором Ханатте связываться сейчас не с руки. Король Керниен разумен. Будут переговоры. Я поеду сам. Так что они будут вынуждены со своей стороны тоже выставить высших чинов. Я добьюсь, чтобы он там был.
— Наши люди тоже постараются туда попасть, — снова проснувшись, промямлил Элентур.
— А что скажет Арменелос? — обеспокоено спросил Халдир.
— А кто его будет спрашивать? — усмехнулся проконсул и открыл ларчик, стоявший на мраморном столе. — Вот дозволение от князя Андунийского, он имеет здесь такие полномочия. А уж государю доложит сам. Когда время придет, — снова усмехнулся проконсул. — Или не доложит.
Элентур снова очнулся и тихо засмеялся.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов