фэнтези - это отражение глобализации по-британски, а научная фантастика - это отражение глбализации по-американски
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Между собой они переговаривались на непонятном людям языке.
Арута спрятал рапиру в ножны:
— Мы не обидим вас.
Существа, словно поняв его, успокоились. Тот, которого Арута загнал в угол, стал озираться по сторонам.
— Кто это? — спросил Джимми.
— Не знаю, — ответил Мартин. — Я много лет охотился в этих лесах, но никогда их не встречал.
— Это гвали, Мартин Длинный Лук.
Всадники повернулись и увидели пятерых эльфов. Одно из существ, подбежав, встало у них на пути. Оно указало пальцем на всадников и пропело:
— Калин, пришли люди. Они обижают Ралалу. Скажи им.
Мартин спешился.
— Хорошая встреча, Калин! — Он обнялся с эльфом. Остальные эльфы тоже приветствовали его. Потом Мартин подвел их к своим спутникам:
— Калин, ты же помнишь моего брата?
— Здравствуй, принц Крондорский.
— Здравствуй, принц эльфов. — Бросив взгляд на окруживших их гвали, Арута добавил: — Ты спас нас от поражения.
— Сомневаюсь, — улыбнулся Калин. — Вы выглядите достаточно внушительно. — Он подошел к Аруте. — Немало времени прошло с тех пор, как мы встречались. Что привело тебя в леса, Арута, да еще с такими странными спутниками. Где твоя стража и где знамена?
— Это долгая история. Калин, и я хотел бы рассказать ее твоей матери и Томасу.
Калин согласился. Терпение было для эльфов образом жизни.
Обстановка разрядилась; гвали, которого поймал Арута, выбрался из западни и побежал к своим соплеменникам. Несколько гвали осмотрели его и похлопали по плечам. Довольные тем, что с ним ничего не случилось, они успокоились и снова стали разглядывать эльфов и людей.
— Калин, что это за существа? — спросил Мартин.
Калин засмеялся, и вокруг его светло-голубых глаз собрались морщинки. Он был так же высок, как Арута, но выглядел еще более худощавым, чем принц.
— Как я уже сказал, их называют гвали. Этого разбойника зовут Апалла.
— Он похлопал по макушке того, кто разговаривал с ним. — Он у них что-то вроде вождя, хотя я сомневаюсь, что они понимают значение этого слова. Может быть, он просто более разговорчив, чем остальные. — Взглянув на спутников Аруты, он спросил: — Что за люди с тобой? — Арута представил всех, и Калин сказал: — Добро пожаловать в Эльвандар!
— А что такое гвали? — спросил Роальд.
— А вот они, — ответил Калин, — и это все, что я могу о них сказать. Они и раньше жили с нами, хотя это — их первый визит за много лет. Гвали — простой народ, они не знают подвохов. Они застенчивы и стараются избегать чужаков. Напуганные, они побегут, пока не окажутся в безвыходном положении. Тогда могут сделать вид, что нападают. Но их зубов можно не бояться — зубы им нужны для того, чтобы разгрызать орехи и твердые панцири насекомых. — Он повернулся к Апалле: — Почему вы на них напали?
Гвали запрыгал от возбуждения:
— Поула делает маленьких гвали. Она не ходит. Мы боялись. Люди обидят Поулу и маленьких гвали.
— Они защищали своих детей, — догадался Калин. — Если бы вы действительно попытались обидеть Поулу и ее младенца, они бы отважились напасть на вас. А если бы она не рожала здесь, вы бы никогда их не увидели. — Он успокоил Апаллу: — Не волнуйся. Эти люди — друзья. Они не обидят Поулу и ее малыша.
Услышав это, из-под деревьев выбежали остальные гвали и с интересом стали разглядывать чужаков. Они дергали людей за одежду — она очень отличалась от зеленых туник и коричневых штанов, которые носили эльфы. Арута с минуту терпел такое обращение, а потом сказал:
— Калин, мы должны скорее попасть к твоей матери. Твои друзья скоро закончат?
— Они что, никогда не моются? — наморщив нос, спросил Джимми. Он оттолкнул гвали, который висел на ветке рядом с ним.
— К несчастью, нет, — ответил Калин. Он объяснил гвали: — Хватит: нам пора ехать. — Гвали быстро все поняли и тут же исчезли среди деревьев, остался один Апалла, который казался более храбрым, чем остальные. — Если им позволить, они будут целый день крутиться вокруг вас, но когда вы их гоните, они и слова не скажут. Едем. — Он повернулся к Апалле: — Мы едем в Эльвандар. Позаботься о Поуле. Приходи, когда захочешь.
Гвали ухмыльнулся, покивал головой и убежал за своими собратьями. В мгновение ока никого из гвали поблизости не осталось.
Калин подождал, пока Арута и Мартин снова сядут на коней.
— До Эльвандара всего полдня пути.
И эльфы побежали через лес, со скоростью, которая удивила всех, кроме Мартина. Лошадям было нетрудно поспевать за ними, но человек не смог бы бежать полдня так быстро.
Через некоторое время Арута поравнялся с Калином.
— Откуда эти существа?
— Никто не знает, Арута. Они забавные. Они приходят откуда-то с севера, может быть, даже из-за больших гор, живут здесь год-другой, а потом исчезают. Иногда мы зовем их маленькими лесными духами. Даже наши следопыты не могут их выследить, когда они уходят. — Продвигаясь длинными, плавными шагами, Калин дышал совершенно спокойно.
— Как поживает Томас? — спросил Мартин.
— Принц-консорт живет хорошо.
— А ребенок?
— С ним тоже все в порядке. Здоровый, красивый мальчик, хотя, может быть, немного необычный…
— А королева?
— Материнство пошло ей на пользу, — ответил с улыбкой ее старший сын.
Они замолчали. Аруте было трудно поддерживать разговор, лавируя между деревьями, хотя Калину это ничего не стоило. Они быстро мчались через лес, с каждой минутой приближаясь к Эльвандару и исполнению своих надежд… или к их крушению.
Путники ехали по густому лесу. И вдруг деревья расступились, и они оказались на большой поляне. Все, кроме Мартина, видели Эльвандар впервые.
Над дремучим лесом вздымались гигантские деревья. В свете золотых лучей полуденного солнца верхушки деревьев, казалось, пылали. Между высокими стволами среди ветвей вились тропинки, на которых даже с такого расстояния можно было различить фигуры эльфов. Людям никогда не приходилось видеть подобных деревьев — их листва была золотой, серебряной и даже белой, а ночью она светилась так, что в Эльвандаре никогда не бывало по-настоящему темно.
Арута услышал восторженные восклицания своих спутников.
— Если бы я знал, с чем встречусь, — сказал Роальд, — вам пришлось бы меня связать, чтобы я не пошел за вами.
— Да, не зря мы провели столько недель в лесу, — согласился Лори.
— Песни наших сказителей не передают всю прелесть этого места, — пробормотал Бару.
Арута ждал, что скажет Джимми, но тот молчал, и Арута оглянулся. Парнишка ехал, широко раскрытыми глазами оглядывая все вокруг: обычно ничему не удивлявшийся, он испытывал благоговение.
Они добрались до внешних границ лесного города. Со всех сторон слышался приглушенный шум большого поселения.
Подъехав к деревьям, всадники натянули поводья. Калин велел своим спутникам позаботиться о лошадях, а сам повел гостей вверх по спиральной лестнице, вырезанной в стволе дуба — такого огромного дерева люди даже представить себе не могли. Поднявшись на площадку, они прошли мимо группы мастеров-лучников, занятых изготовлением стрел. Один из них узнал Мартина. Герцог поздоровался и, воспользовавшись случаем, осведомился, не может ли он пополнить свой боевой запас. Мастер, улыбаясь, вручил Мартину пучок стрел с красивой резьбой, и тот с ответной улыбкой сунул их в свой почти пустой колчан, произнес слова благодарности на языке эльфов, и люди отправились дальше.
Калин повел их вверх по другой лестнице, к следующей площадке. Он предупредил:
— Некоторым из вас здесь будет непривычно. Держитесь середины лестниц и не смотрите вниз, если у вас кружится голова. Не всем по душе такая высота.
Они пересекли площадку и стали подниматься по очередной лестнице; навстречу им попадались эльфы, спешившие по своим делам. Многие из них были одеты, как Калин, в простую лесную одежду, другие — в длинные цветастые одеяния из яркой драгоценной ткани или же в штаны и тунику, но более сдержанных цветов. Женщины отличались красотой, хотя и несколько непривычной для людей. Почти все эльфы выглядели молодо. Один Мартин мог знать их возраст: многие эльфы были действительно юными — двадцати, тридцати лет, тогда как другие, такие же молодые на вид, прожили уже не одну сотню лет. Калину, который выглядел моложе Мартина, было уже больше ста. Он обучал Мартина премудростям охоты, когда тот был еще совсем мальчишкой.
Они продолжали свой путь по дорожке около двадцати футов шириной, проложенной между огромными ветвями, пока не добрались до кольца, образованного стволами огромных деревьев. Между ними была сооружена большая платформа почти шестидесяти футов в поперечнике. Взглянув наверх. Лори решил: ни капли дождя не просочится сквозь плотное переплетение ветвей над головой. Это был тронный зал королевы.
В центре зала на возвышении стояли два трона. На том, который был чуть повыше, сидела женщина-эльф. Ее лицо безупречной красоты с дугообразными бровями и точеным носом поражало сияющими бледно-голубыми глазами. Ее волосы были красновато-каштанового цвета, с проблесками золота
— такие же, как у Калина, — казалось, в них играет солнце. Вместо короны на голове женщины был простой золотой обруч, но все поняли, что перед ними Агларанна, королева эльфов.
На троне слева от нее сидел человек — молодой мужчина с золотыми волосами. В его наружности тоже просматривалось нечто, не поддающееся воздействию времени. Увидев подходящих людей, он улыбнулся и стал еще моложе. Его лицо было чем-то похоже на лица эльфов и все же отличалось от них: глаза, скорее, серые, чем голубые, а брови более прямые, не так резко выраженные скулы, крепкий квадратный подбородок. Золотой обруч в волосах открывал обычные человеческие уши. Кроме того, он был гораздо шире в груди и плечах, чем любой из эльфов.
Калин поклонился:
— Мать и королева, принц и командующий, к нам прибыли гости.
Оба правителя Эльвандара поднялись и пошли навстречу гостям. Мартина встретили как близкого друга, да и остальным был оказан теплый прием.
— Добро пожаловать, ваше высочество, — сказал Аруте Томас.
— Благодарю ваше величество и ваше высочество, — ответил Арута.
Среди эльфов, окружавших королевскую чету, Арута узнал советника Тэйтара — много лет назад он приезжал в Крайди. Королева попросила гостей войти в круг приема. Принесли еду и вино, и Агларанна сказала:
— Мы рады видеть старых друзей, — она кивнула Мартину и Аруте, — и приветствовать новых, — она повернулась к остальным. — Однако люди редко навещают нас без причины. Какова твоя, принц Крондора?
Арута рассказывал свою историю, эльфы слушали не перебивая. Когда Арута закончил, королева взглянула на Тэйтара. Старый советник кивнул:
— Скитания без надежды…
— Вы хотите сказать, что ничего не знаете о терне серебристом?
— Нет, — ответила королева. — Нам известно растение элебера, мы знаем о его свойствах. С ним связана древняя легенда о скитаниях без надежды. Тэйтар, перескажи ее гостям.
Старый эльф, единственный из встреченных путниками, на ком отразился бег времени — вокруг его глаз появились тоненькие морщины, а волосы поседели, — обратился к приезжим:
— Эта легенда о влюбленном принце Эльвандара. За его возлюбленной ухаживал воин-моррел, но она отвергла его. Коварный моррел отравил ее соком растения элебера, и она уснула смертным сном. Принц Эльвандара решил найти противоядие — ту же элеберу, терн серебристый. Сила этого растения велика — он может и излечить, и убить. Но элебера растет только в одном месте, у Морелина, по-вашему — у Черного озера. Это священное место у моррелов, и никому из эльфов не позволено появляться там. Легенда гласит, что принц Эльвандара ходил вокруг Черного озера так долго, что вытоптал каньон вокруг него. Он не мог подойти к Морелину, не мог и уйти без лекарства для любимой. Говорят, он до сих пор там бродит.
— Но я не эльф, — сказал Арута, — и я пойду к Морелину, если вы покажете мне дорогу.
Томас оглядел собрание:
— Мы направим тебя по дороге, ведущей к Морелину, Арута, но не раньше, чем ты отдохнешь и примешь участие в нашем совете. А сейчас мы покажем вам покои, где вы сможете поспать до ужина.
Собрание разошлось, остались только гости, Калин, Агларанна и Томас.
— А как твой сын? — спросил Мартин.
Широко улыбаясь, Томас поманил их за собой. Он повел их в комнату, потолок которой был образован ветвями огромного вяза. В колыбели спал младенец, на вид не старше, чем шести месяцев от роду. Он видел сны — маленькие пальчики едва заметно подергивались. Мартин присмотрелся к мальчику и понял, почему Калин считает, что ребенок необычный. Он был скорее человеком, чем эльфом. Его круглое личико было таким же, как у любого щекастого младенца, и Мартин подумал: это скорее папин сын, чем мамин. Агларанна нежно коснулась сына.
— Как вы его назвали? — спросил Мартин.
— Калис, — ответила королева. На языке эльфов это означало
и вызывало в памяти образы жизни и роста. Это было благоприятное имя.
В отведенных путникам комнатах древесного города Эльвандара их ждали теплые ванны и мягкие постели. Все быстро вымылись и уснули, и только Арута не спал. Он думал об Аните и серебристом растении, растущем на берегу Черного озера.
Мартин сидел в одиночестве, радуясь встрече с Эльвандаром, — он не был здесь целый год. Этот город, так же как и замок Крайди, он считал своим домом — мальчиком он играл здесь вместе с эльфийскими детьми.
Услышав легкие шаги, он обернулся:
— Галейн! — Он был рад видеть молодого эльфа, двоюродного брата Калина и своего друга. — Я ждал тебя.
— Я только что вернулся из патруля по северным границам леса. Там происходят какие-то странные вещи. Я слышал, ты можешь пролить свет на загадки, с которыми мы встречаемся.
— Свет маленькой свечки, не больше, -ответил Мартин. — Там собираются злые силы, в этом нет сомнения.
Он коротко рассказал Галейну о том, что случилось с ними.
— Ужасные дела, Мартин. — Молодой эльф искренне сочувствовал Аните. — А твой брат?
— Справляется как может. Он то полностью выкидывает все из головы, то снова погружается в свое горе. Не знаю, как он не сошел с ума. Он ее очень любит.
— Ты так и не женился, Мартин. Почему?
— Я так и не встретил ее, — пожал плечами Мартин.
— Ты грустишь.
— Иногда с Арутой очень трудно иметь дело, но он мой брат. Я помню, каким он был в детстве. Даже тогда было трудно, с ним сблизиться. Может быть, на него подействовала смерть матери — он тогда был совсем еще маленьким. Арута всех держит на расстоянии. И, несмотря на свою замкнутость, он очень раним.
— Вы с ним очень похожи.
— Так и есть, — согласился Мартин.
Галейн постоял молча.
— Мы должны помочь вам.
— Нам надо идти в Морелин.
Молодой эльф вздрогнул.
— Это дурное место, Мартин. Озеро называется черным вовсе не по цвету воды. Это источник безумия. Моррелы приходят туда, чтобы помечтать о власти. Оно лежит на Темной Тропе.
— Это место валкеру?
Галейн кивнул.
— Томас? — Вопрос передавал целую гамму оттенков. Галейн очень сблизился с Томасом, сопровождая его во время войны Врат.
— Он не пойдет с вами. У него маленький сын. Калис будет маленьким так недолго, всего несколько лет. Отцу следует провести это время со своим малышом. Кроме того, это очень опасно.
Ничего больше не понадобилось говорить, Мартин и так все понял. Он вспомнил ту ночь, когда Томаса чуть не сломил безумный дух одного из валкеру, который обитал в его душе. Это едва не стоило Мартину жизни. Прошло немало времени, прежде чем Томас почувствовал в себе достаточно сил, чтобы бросить вызов тому ужасному существу, что жило в нем. И он отважится отправиться в долину валкеру только тогда, когда поймет, что обстоятельства могут оправдать такой риск.
Мартин невесело улыбнулся:
— Значит, мы пойдем одни — мы, не блещущие талантами люди.
Галейн улыбнулся в ответ:
— Сомневаюсь, что вы такие уж бесталанные. — Его улыбка погасла. — Правильно, что вы хотите перед походом посоветоваться с заклинателями. Над Морелином властвуют темные силы, а волшебству вполне по плечу одолеть и силу, и храбрость.
— Да, — ответил Мартин. — Мы поговорим с ними. Пойдешь?
— Мне не место среди старейшин. Кроме того, я целый день не ел. Я ОТДОХНУ, А Ты приходи, если захочешь.
— Приду.
Эльфы снова собрались на совет. Когда все расселись перед Агларанной и Томасом, королева сказала:
— Тэйтар, от имени заклинателей расскажи нашу историю Аруте.
Тэйтар выступил в круг:
— Странные вещи происходят в последний месяц. Мы ожидали, что моррелы и гоблины двинутся на юг, домой, откуда они бежали во время Войны Врат, но этого не случилось. Наши разведчики на севере обнаружили немало отрядов моррелов, которые направляются в Северные земли через Великие Северные горы. Лазутчики моррелов подбираются как ни когда близко к нашим лесам. К нам вернулись гвали. Они говорят, что им больше не нравится то место, где они жили. Иногда их трудно понять, но мы знаем, что они жили на севере. То, что ты рассказал нам, принц Арута, вселяет глубокую тревогу. Во-первых, потому что мы разделяем твою скорбь. Во-вторых, потому что события, о которых ты нам поведал, говорят о проявлениях силы зла, у которого огромный размах и многочисленные прислужники. Но более всего потому, что мы помним нашу историю.
Задолго до тех давних лет, когда мы выгнали моррелов из наших лесов за то, что они обратились к магии Темной Тропы, мы были с ними едины. Те из нас, кто жил в лесах, находились дальше от наших господ валкеру, и поэтому были менее подвержены заразе грез о всемогуществе. Те же, кто жил ближе к господам, соблазнились этими грезами. Они и стали моррелами. — Он посмотрел на королеву и Томаса, и те согласно кивнули. — Мы редко упоминаем о том, почему мы изгнали моррелов, которые одной крови с нами. Никто из людей об этом не знает.
В незапамятные времена до Войн Хаоса от племени эльфов произошло четыре народа. — Мартин подался вперед; он знал об эльфах гораздо больше остальных людей, но и он никогда не слышал об этом. Он считал, что только эльфы и моррелы были потомками древних эльфов. — Самыми мудрыми и могущественными были эльдары — среди них было немало чародеев и ученых. Они хранили все то, что их господа собрали по всему бескрайнему миру — тайные учения, мистические знания, изделия непонятных ремесел, драгоценности. Именно они начали строить город, который сейчас называется Эльвандаром, город, охраняемый тайным знанием. Эльдары исчезли во время Войн Хаоса — считается, что, первейшие слуги валкеру, они погибли с ними. О тех, кого мы называем эледелы и моррелы — об эльфах и братьях Темной Тропы — вы кое-что знаете. Но был еще один родственный нам народ — гламрелы, что на нашем языке означает, или даже. Во время Войн Хаоса они выродились в племя безумных, жестоких воинов. Некоторое время эльфы и моррелы были одним народом, и вместе воевали против безумных. Даже после того, как моррелы были изгнаны из Эльвандара, они оставались заклятыми врагами гламрелов. Мы мало что можем поведать о тех днях, а вы не должны забывать, что эледелы, моррелы и гламрелы — родственные друг другу племена, дети одного народа и поныне. Просто некоторые наши братья избрали в жизни Темную Тропу.
Мартин был очень удивлен. Как ни много знал он об эльфах, все же, подобно другим людям, полагал, что моррелы и эльфы просто состоят друг с другом в каком-то отдаленном родстве. Теперь он догадался, почему эльфы с такой неохотой говорили о моррелах — они считали их своими близкими родственниками. Мартин понял -эльфы скорбели о том, что их братья избрали Темную Тропу.
— Наши сказания говорят, что в последней битве на севере армии моррелов и их слуг гоблинов сокрушили гламрелов, — продолжал Тэйтар. — В злобном торжестве моррелы истребили под корень племя наших безумных братьев. Все гламрелы были убиты, включая младенцев, чтобы они не смогли, возродившись, снова бросить вызов могуществу моррелов. Это позорное пятно нашей истории — одно племя полностью истребило другое, родственное ему.
Вот что вам необходимо знать — моррелы опираются на отряд так называемых черных убийц, воинов, которые, презрев оковы, налагаемые жизнью, цель видят только в одном — убивать ради своего повелителя. Убитые, черные убийцы поднимаются снова, чтобы продолжать свою службу. Поднятых из смертного сна моррелов можно истребить только магическими средствами, или уничтожив все тело, или вырвав сердце, или отрубив голову. Те, кто догнал вас на дороге в Сарт, были черными убийцами, принц Арута.
Уже ко времени гибели гламрелов моррелы далеко ушли по Темной Тропе, но что-то заставило их опуститься в новые глубины ужаса, докатиться до уничтожения целого племени и создания черных убийц. Они все стали служить безумному чудовищу, вождю, который жаждал превзойти исчезнувших валкеру и привести весь мир в повиновение себе. Это он собрал моррелов под свое знамя и создал черных убийц. Но в битве с гламрелами он был смертельно ранен, и с его смертью моррелы перестали быть единым народом. Предводители его войска собрались, чтобы выбрать преемника. Они быстро рассорились друг с другом и стали совсем как гоблины — племена, кланы, семьи, — они не могут долго находиться под чьим-то началом. Осада крепости Карс пятьдесят лет назад была не больше, чем вылазкой по сравнению с былой мощью армии во главе с их вождем. Но с его смертью закатилась и слава. Он был уникален — гипнотически обаятельное существо, наделенное необычными талантами, способный спаять моррелов в единую нацию. Звали этого вождя Мурмандрамас.
— Может случиться, что он вернулся? — спросил Арута.
— Все может быть, принц Арута, я, проживший так долго, вполне могу сказать так, — ответил Тэйтар. — Может быть, кто-то хочет объединить моррелов, пользуясь этим древним именем, чтобы собрать их под одним знаменем.
Теперь о жреце змеелюдей. Пантатианцы так презираемы, что даже моррелы убивают их при встрече. Но тот, кто служит Мурмандрамасу, намекает на знание каких-то темных сил. Это должно послужить нам предостережением — здесь могут быть задействованы силы, о которых мы и не подозреваем. Если жители Севера собираются в армии, то мы можем опять подвергнуться испытанию, которое по опасности для наших народов может сравниться со вторжением врагов из иного мира.
Бару, поднявшись, показал, что хочет говорить. Тэйтар кивнул, и воин хадати сказал:
— О моррелах мои народ знает мало, только то, что они — кровные наши враги. Вот что я могу прибавить: Мурад считается великим вождем кланов, самым великим ныне, он может взять под командование сотни воинов. То, что он действует заодно с черными убийцами, говорит о власти Мурмандрамаса. Мурад может служить только тому, кого боится. А тот, кто может вселить страх в Мурада, достоин того, чтобы его боялись.
— Я уже говорил ишапиавским жрецам, — сказал Арута, — что многое из всего этого — только наши домыслы. Я намерен сосредоточиться на поисках терна серебристого.
Но еще не договорив, Арута понял, что неправ. Слишком многое указывало на то, что угроза с Севера была реальна. Это были не просто набеги гоблинов на земли северных фермеров. Надвигалась опасность, более грозная, чем вторжение цурани. В свете таких соображений его желание отмахнуться от очевидного и заняться поисками лекарства для Аниты показывало только его одержимость и не более того.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
Поиск книг  2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов  Цитаты и афоризмы о фантастике